Последняя фреска

Город жил своей жизнью, не зная, что первая порция древнего яда уже влилась в его пульсирующие вены…

Глава вторая

Епископ базельский Йоханн фон Веннинген восседал в пурпурном кресле и мысленно проклинал краснодеревщиков, оное кресло соорудивших. И хотя на челе его преосвященства не отражалось никаких эмоций, напряжённая поза свидетельствовала о неудобствах, причиняемых высокочтимому седалищу. Право же, за такую работу нерадивых ремесленников нужно отправить в застенки святой инквизиции.

Пусть попробуют на своих задах другое кресло, с помощью которого стражи Бога истинного столь умело развязывают языки еретикам.

Фон Веннинген запустил руку в груду свитков на столе. Вытащил один, развернул. Преподать урок самоуверенным строгалям необходимо, но каким образом? Ни в ереси, ни в нарушении благочестия их обвинить нельзя. Кроме того, ремесленные цеха Базеля сильны и своих людей защищают надёжно. Не епископат, а город мастеров какой-то.

Йоханн фон Веннинген вздохнул и углубился в непростое занятие: вычитку доносов смиренных служителей церкви друг на дружку.

Такое дело следовало бы поручить секретарю, но его преосвященство предпочитал всё узнавать из первоисточников.

Послышалось осторожное постукивание, скрипнула дверь, и в щель просунулся длинный унылый нос, принадлежавший слуге:

– Виноват, ваше преосвященство, там к вашей милости явился какой-то купец. Прикажете просить?

Фон Веннинген отмахнулся.

– Мне некогда, – заявил он, не отрываясь от свитка.

 – Пусть придёт послезавтра до полудня.

– Он утверждает, что прибыл издалека и хочет видеть вас по неотложному делу…

Епископ нахмурил брови и грозно сверкнул глазами на слугу:

– Мне и без купцов хлопот довольно. Скажи, чтобы обращался в совет, в ратушу. Нечего тут делать представителям гильдий. Ступай!

Слуга испарился, а фон Веннинген развернул следующий свиток. Но не успел он прочитать и нескольких строк, как в дверь снова просунулся дрожащий от ужаса нос.

– Что там ещё? – рявкнул рассерженный старец.

– Па-па-прастите, – заикаясь, выговорил слуга, – он велел пхе-передать, что его имя Андреас Окс и он должен…

Епископ вскочил с неподобающей возрасту и сану резвостью.

– Как? – загремел он. – Андреас Окс вернулся? Что же ты молчал? Сейчас же зови!

Слуга умчался. Фон Веннинген взял посох, вышел из-за стола и принял соответствующую должности позу.