Истинная для звездных воинов

Объекта… защиты…

Впервые в жизни эти суровые, совершенно не романтичные слова вызывали в теле вальтарха томление и сладкая пелена страсти окутывала быстро, неминуемо. Он ничего не мог с собой поделать.

По телу пробегали приятные щекотные волны, вдруг застывали в животе тяжелым, горячим комом и… ухали ниже. Пах скручивало сильнее. Там все буквально звенело от напряжения. До болезненности и потери контроля.

Простояв под холодным душем минут десять, Альрий понял – без толку. Он все равно хотел Малику как одержимый.

И никакие водные процедуры, холод на некоторые места совершенно не помогали.

Потому что она – истинная. Пара для звездного воина.

Альрий тряхнул головой, стиснул виски на несколько минут, будто пытался вернуть голову на место. А заодно: мысли и ощущения.

Вышел, наскоро вытерся. Натянул первые попавшиеся брюки с футболкой и отправился в медицинский отсек.

Надо бы проверить напарника. Как ни крути – Вехлер – боевой товарищ Альрия, спутник в множестве опасных миссий.

Да и не виноват он ни в чем.

Так распорядилась природа.

Альрий злился на напарника. Отшлепал бы молокососа за то, что пытался доказать свое право ухаживать за Маликой. Но ведь доказал! Кровью и травмами!

Доказал, Тайрон и его темные божества!

В медицинском отсеке Альрий обнаружил открытую восстанавливающую капсулу и немного крови. Видимо, Вехлер пришел в себя и отправился накачиваться регенерирующими тониками, которые вальтархи всегда возили с собой.

Ну и ладушки. Значит, парень цел и относительно невредим. Уже вполне ходит сам.

На этой позитивной ноте, Альрий вернулся к себе в каюту и завалился в кровать, чтобы полночи не находить в ней себе места.

А потом… потом действовать, как того вдруг потребовала внештатная ситуация.

А она потребовала. Неожиданно и неизбежно.

Потому, что беда всегда приходит, когда ее не ждут. Это ее фирменная фишка. Визитная карточка, как любят говорить сородичи Малики.

* * *

Малика

Вначале мне снились какие-то веселые игры.

Я бегала по полю от двух вальтархов, а они догоняли, по очереди валили меня, и мы хохотали.

Это было ребячество в чистом виде и что-то такое подростковое, с подтекстом, временами проскальзывало. Заставляло сердце екнуть, вдруг заколотиться. Меня всю передергивало от странного томления. На секунду я замирала внутри своих ощущений, а затем пыталась сбежать от них в очередном приступе смеха.