Истинная для звездных воинов

Все! Он больше себя не контролировал.

Секс казался таким болезненно-нужным, что все тело ныло и скручивало.

А то, что творилось в паху Альрий уже и назвать не мог.

Он ворвался в помещение и застыл.

Нужно было что-то сделать. Сказать. Возможно, отпустить Малику.

Но как? Рардах! Ка-ак!

Когда каждый нерв Альрия вопил о желании так, что пульс можно было посчитать по вздрагиванию стояка.

Он боролся с собой. Дрался, как вчера с Вехлером. А может и куда более остервенело. Потому что легче победить врага, чем одолеть себя самого…

Но только до момента, когда оллидианка задала этот провокационный, возбуждающий вопрос.

Все! Альрий больше ничего не мог сделать.

Он действовал на инстинктах. Как голодный хищник, что смачно рвет зубами добычу. Наплевав на возможный риск, что вот-вот подтянутся и другие страждущие – такие же хищники и падальщики.

Он не мог остановиться. Даже если бы в Альрия сейчас выпустили сотни плазменных сгустков, он не остановился бы. Рухнул к ногам Малики, только кончив.

Альрий сам не помнил, что делал.

Вот она уже прижата к стене и ноги раздвинуты так правильно. Как надо. Только одежда Альрия совсем неуместна. Буквально бессмысленна.

Он раздраженно избавился от тряпок и торопливо соединился с Маликой.

От того какая же она: узкая, теплая, влажная у Альрия окончательно перегорели все тормоза и предохранители. Внутри словно разверзлась пустыня, которой срочно требовалась живительная, тугая струя жизни.

Малика.

Альрий принялся вбиваться, понимая, что сейчас уже он не остановится.

Это было безумием: мгновением победы природы над разумом. Ведь вальтарх понятия не имел, как отнесется ко всему Малика позже. Учитывая, что и она сама не своя после всего случившегося. Сбита с толку и сбита с ног его собственным напором, желанием.

Но одновременно все происходило так правильно, так честно.

Она принадлежала Альрию. Хотя еще об этом не знала. И Вехлер не понимал, не знал.

Вальтарх снова и снова брал ее. Рычал, изливался, ощущая, как стояк охватывают пульсирующие мышцы Малики.

От этого ощущения у него в голове мутилось. Едва вспыхнувшие лучиками света мысли таяли в густом тумане возбуждения. Пьяный, какой-то невменяемый, совершенно потерявший контроль над собой… Вот каким стал Альрий. И уже ничего нельзя было изменить.

Была она и весь остальной мир.

Были их мгновения слияния и все остальное время без нее.

Ее тело. Необходимое. Их контакт. Близкий до предела.