Истинная для звездных воинов

И это сжигающее все внутри дотла желание, которое можно было потушить лишь одним способом. Пока все нутро к Рардаху не оплавилось.

* * *

Малика

Я сама не поняла, как очутилась на большой кровати, распластанная и распятая безумием удовольствия. Оно еще звенело в каждой клетке, звучало мощным струнным оркестром в каждом нерве, и я ничего не могла с собой сделать. Внутри меня все еще взрывались сверхновые наслаждения…

Мышцы гудели от напряжения и тут же все тело ухало в негу. И так несколько раз.

Контраст получался таким, что я даже слова сказать не могла.

Только дышала, только жила этим мигом и этими ощущениями.

Это было просто… нечто.

Других слов не находилось.

Альрий навис, уткнулся носом в плечо и молчал, тяжело дыша.

Я понимала: надо куда-то бежать, что-то делать, предпринимать.

В первую очередь срочно объясниться! После такого это будет куда сложнее, чем прежде…

Но мысли смешивались в сумасшедший коктейль, закипали в голове и окутывали знойным маревом блаженства.

Хотелось до предела потянуться и поймать этот кайф, когда каждая мышца наливается силой и энергией. На какое-то время сохраниться в нем, отбросив все остальное…

На мгновение просто быть в этом невозможно-приятном ощущении.

Что это было? Я не могла ответить.

Словно на какое-то время я перестала быть собой. А может наоборот – стала собой? Черт его знает!

Я уже столько времени не отдавалась мужчине. Но даже несмотря на это осознавала, ощущала – такого я еще не испытывала. Как бы картинно или книжно ни прозвучало.

Альрий вдруг чуть приподнялся на руках и заглянул мне в глаза.

Зеленые зрачки, подернутые мутью вожделения, начали немного проясняться.

В них будто мелькали сотни мыслей, вопросов. Быстро, как при ускоренной перемотке.

Вальтарх прочистил горло, и я ожидала – он что-то скажет. Вместо этого Альрий вдруг подался вперед и поцеловал меня: в щеку, в нос, в другую щеку. Принялся покрывать поцелуями мое лицо, плечи, шею…

А затем просто откатился и подхватил меня.

Слова сказать не успела, а мы уже стояли под тугими струями душа. И шелест воды казался шепотом каких-то удивительных существ.

Я молчала, а вальтарх просто меня мыл. Затем вновь поднял и поставил снаружи ванны.

– Пока воспользуйся полотенцем и халатом на крючке, – наконец-то подал он голос. И тот все еще звучал с песком, с приятной возбужденной хрипотцой.

– А потом? – уточнила я с вызовом.

– Я раздобуду тебе одежду.

Больше он ничего не сказал.