Пассажир

Анаис обошла вокруг мертвого тела быка. Ее мысли вернулись к убийце. Не всякий решится напасть на такого бугая. Но убийце для его чудовищной постановки позарез нужна была бычья голова, и он не колебался.

– Сколько всего у вас быков?

– Две сотни. На разных пастбищах.

– Сколько животных содержалось вместе с этим быком?

– Примерно пятьдесят голов.

Анаис, все так же прижимая руку ко рту, приблизилась к туше. Черная шкура потускнела и казалась пропитанной влагой. Анаис не могла не почувствовать, как картина бесформенной массой лежавшего на полу мертвого быка перекликалась с тем ужасом, что она своими глазами видела в ремонтной яме.

Только там в жертву был принесен Филипп Дюрюи. Но если Дюрюи воплощал собой одновременно и Минотавра, и его жертву, то обезглавленный бык символизировал и высшее божество, и жертвенное животное.

– Как, по-вашему, преступник сумел справиться с быком?

– Выстрелил капсулой со снотворным. Бык свалился, и тот отрезал ему голову.

– Разве он не испугался остальных быков?

– Так они разбежались, наверное.

Первая реакция быка на опасность – бежать.

Анаис и раньше был известен этот парадокс. Быки для корриды вовсе не агрессивны. Просто их защитная реакция проявляется в таких беспорядочных метаниях, что это создает впечатление злобности.

– А он не мог подсыпать снотворное ему в корм?

– Нет. Зимой мы даем им сено и pienso[16 - Сухой корм (исп.).]. Пищевые добавки. Кормушки наполняют только наши пастухи. К тому же все животные едят из одного и того же лотка.

Нет, он точно выстрелил в него капсулой. По-другому никак.

– У вас на ферме имеется запас препаратов снотворного действия?

– Нет, зачем? Если надо усыпить быка, мы вызываем ветеринара. А у него свои лекарства. И свой пистолет.

– Не знаете ли вы кого-нибудь, кто бы интересовался быками для корриды?

– Знаю. Тысячи человек. Каждый год съезжаются к нам на праздник.

– Я имею в виду человека, который крутился бы возле вашей фермы. Шнырял тут, что-то вынюхивал?

– Нет, такого не видал.

Анаис вглядывалась в перерубленную шею животного. Мертвые ткани приобрели темно-фиолетовый оттенок. Словно корзина, полная спелой ежевики, подумалось ей. Поверх раны поблескивали какие-то мелкие кристаллики.

– Расскажите мне, как они умирают.

– То есть?

– Как бык погибает на арене?

Фермер пожал плечами:

– Матадор вонзает в затылок быку шпагу по самую гарду.

– Какой длины лезвие шпаги?

– Восемьдесят пять сантиметров.