Запах скошенной травы

Принюхавшись, понял, что аромат исходит не из кухни, где проснувшаяся Мизуки собиралась приготовить себе завтрак, пока под ногами носился Мудзин, но из глубин сада – откуда-то из зарослей разноцветных цветов. Встав из-за чайного столика, напрягая своё обоняние, Леон двигался в сторону источника неприятного, в контексте гармоничной композиции ароматов, запаха и через пару минут обнаружил в тени грушевого дерева бледно-фиолетовые цветы аконита, напоминающие маленький шлем с опущенным забралом. Леон сразу распознал цветок, заглянув в своё прошлое, где один из мейстеров монастыря Мариябронн проводил лекцию ботаники, посвящённую ядовитым цветам.

Не понимая, как цветок пророс в его саду, Леон сходил в подвал, взял небольшую садовую лопатку и прорезиненные плотные перчатки, после чего осторожно выкопал цветок и обошёл сад в поисках его возможных собратьев, которых, к счастью, больше не нашлось. Держа в руках ядовитого диверсанта, Леон задумчиво рассматривал небольшой цветок, способный легко убить человека, и не только человека. В тонкой плёночке слизистой, обтянувшей глаза Леона, можно было заметить вспышки мгновений давно минувших дней. «Что было, то прошло». – Не позволяя себе нырять в бездонный омут, Леон отнёс цветок в подвал, упаковал в зип-пакет и закинул в оружейный ящик, подумав: «Вдруг пригодится?»

Наверху Мизуки приготовила сырники и пыталась натренировать Мудзина выполнять команды за еду. Он, конечно же, слушался.

– Ц-р-р-р, Мудзин! Молоде-е-е-ц! Как ты быстро учишься. Такой умный брасук! Кто самый умный? Кто у нас такой умный? – тискала она барсука за жирные бока, пока тот ехидно улыбался, уплетая ещё горячий сырник в сметане.

– Доброе утро, – отвлёк их Леон.

– Привет, милый. Как утро? – приблизившись к Леону, Мизуки погладила его ласково по щеке.

– Всё в порядке, – суховато дал свой ответ Леон.

– Выглядишь как тучка.

– Как и всегда.

– А вот и неправда.

– Ладно, сдаюсь, – выдохнув, хрипловато и выдержанно протянул Леон, – Ты делаешь меня счастливым.

Довольна? – он туго натянул улыбку.

Мизуки аккуратно схватила его за щёки и потянула их кверху, отчего искусственная его улыбка стала пошире, но от того не более выразительной. Наклонив голову набок, Мизуки оценивающе посмотрела на его физиономию, прищурив глазки и надув губы, а затем вынесла вердикт:

– Годится. Но ради профилактики вам прописана пара сотен поцелуев, мистер «Я всегда в плохом настроении».

– Я не в плохом. Просто спокойный.