Демон снаружи

На первый взгляд всё было на месте: руки, ноги, торс и почему-то лысая голова! Только вот цвет моей кожи изменился на пепельно-серый, да и выглядела она неестественной. Покрытая множеством мелких пупырышек. Провел по коже ладонью, желая в том убедиться. Так и есть, ладонь заскользив по предплечью, зацепилась за торчавший из локтя здоровенный шип, издала звук похожий на трущийся друг о дружку камень. Тут я почувствовал, что за спиной мне что-то мешает, и завертелся кругом, пытаясь заглянуть себе через плечо. – Не хрена себе! – как только увидел, что это такое.

– Что ты со мной сделал?

Нергал угрюмо стянул к переносице брови. – Гм-хг! – проворчал в ответ своё недовольство. А я повторил вопрос, теперь-то думаю, что пришло самое время, чтобы узнать, что всё это значит?

– Ты не Утукку! – услышал на это в ответ. – Ты, ты… Шеду!

– Что это значит? – я продолжал крутиться на месте продолжая себя осматривать. И не знаю, как так у меня получилось, но расправил-таки торчавшие у меня за спиной покрытые серыми перьями крылья.

Несколько раз ими взмахнул. Прям ангел, какой-то!

– Шеду!? – повторил озадаченный таким поворотом событий мой душегуб. И похоже, что он сам был удивлён в итоге полученным результатом. Я пялился на него, желая узнать об этом подробнее.

– Впрочем, не важно! – поразмыслив, пришёл к чему-то Нергал. – Пусть будет Шеду!

– Да что же это такое? – усилием воли всё же свернул за спиною крылья. Тот ещё какое-то время смотрел на меня, после чего, как я надеялся, всё же ответит на мой вопрос.

Но вместо того, он лишь брезгливо махнул рукой, словно отгоняя от себя надоевшую муху. И мир вокруг меня вновь закрутился, наслоив друг на друга картинки. Где мрачный, освещённый жаровнями зал сменился продуваемым всеми ветрами скалистым утёсом.

Я замахал руками, чтобы удержать равновесие и не полететь прямиком в раскрывшуюся подо мной бездонную пропасть. Потому, что сдуваемый сильными порывами ветра, стоял я сейчас на краю высокой скалы.

Вокруг, куда бы не падал мой взгляд, были одни только горный кручи, какой-то длинной скалистой гряды.

Держась руками за камень, что от моих усилий начал крошиться в ладонях, задрал голову к небу и тут же ахнул. Вокруг хоть и было довольно светло, но небо было унылым и серым, не многим светлее моей нынешней кожи, от чего вокруг царил полумрак. К тому же испещрённое множеством молний, что, постоянно сверкая с оглушительным грохотом, постоянно лупили в разных местах по горе.