Долгий камень

И это явно был не Изумрудный дракон Бергера. Я чувствовал чужое присутствие, где-то совсем рядом и одновременно очень далеко. Абсолютно недосягаемо для простого человека.

– Лиза, девочка моя! – позвал я.

Она не откликнулась. Мои пальцы зарылись в ее темные распущенные волосы, скользнули на затылок, коснулись серебристого контура Лунной. Я сжал руку на ее шее, и Лиза испуганно распахнула глаза. Драконица деловито засопела, пытаясь вырваться, но тщетно. Я держал крепко, из последних сил укрепляя ментальный щит.

Лиза рыдала от боли в моих руках, но все еще была далеко.

И тогда, в душе проклиная себя за это решение, я заорал. Заорал в голос… Завыл, надеясь, что меня услышат.

Услышали…

Петька и Баженов ворвались в мою спальню почти одновременно и замерли, не понимая, что происходит.

Я и сам не знал. Просто стоял абсолютно голый, на холодном полу, удерживая в удушающем захвате чужую жену.

Первым пришел в себя Бергер. Лиза уже не плакала, только тихо поскуливала, спрятав лицо у меня на груди.

Я собрался сдать ее с рук на руки законному супругу, когда мне в челюсть прилетел тяжеленный джеб. Я устало тряхнул головой, пытаясь удержать равновесие. А заодно и щит. В тот же момент Лизавета обмякла в моих руках, теряя сознание. И я почувствовал странную пустоту там, где еще совсем недавно билась Лунная.

Бергер подхватил жену на руки и бережно уложил ее на кровать.

– В ход пошла тяжелая артиллерия, – проговорил Аркашка, протягивая мне штаны. – Так топорно действовать… В нашем доме…

– Отнюдь, – перебил я его.

 – Там был кто-то еще. Точно был. И глупышка Лунная им заинтересовалась.

– Как ты живешь с этим? – спросил Баженов-младший, вглядываясь в темноту за моей спиной.

– А я и не живу… Так, пытаюсь выжить. Без особого успеха.

Аркашка не ответил. Только легкое касание его Черного говорило о том, что он все понял.

Глава третья

Когда я вышел из метро, день уже клонился к закату. Погода стояла невероятно теплая для конца октября. И удивительно солнечная для Питера.

У Горьковской, как всегда, было полно людей. Я потянулся до хруста и достал из кармана сигарету. Нетерпеливо прикурил и затянулся. Странно, но курить не хотелось. Я с удивлением уставился на сигарету, покрутил ее в руках, сделал еще одну торопливую затяжку, потом еще одну.

К чему все это?

Странный, и очень важный вопрос.

Вдруг появилась шальная мысль, бросить все, сесть в самолет, чтобы уже завтра оказаться… в шумном Гонконге, например.