Время доблестных

Малышка Эль решила проблему по-своему: устроилась у Эмилии на коленях и, похоже, не собиралась оттуда слезать.

– У вас такие милые детки! – продолжала ворковать Симона. – Трое – это так красиво! Я тоже мечтала о троих, но, увы, мой муж – очень занятой человек, всецело отдающий себя творчеству…

Эмилия невольно поежилась: количество штампов просто зашкаливало. Чувство неловкости, охватившее ее в начале визита, с каждой минутой росло. Рауль же, казалось, вообще не слышал, что говорила его жена.

– А где ваши дети? – впервые подал голос Теренс. – Они ведь одного возраста с нашими, могли бы поиграть вместе.

– Конечно, – сердечно улыбнулась Симона. – Если захотят. Няня сейчас их приведет.

Минут пять спустя действительно явилась пожилая женщина, устало таща ведя за собой девочку лет четырех; девочка прижимала к себе огромного белого медведя с розовым бантом. Следом нехотя плелся худой темноволосый мальчик. Но даже после того, как дети были представлены друг другу, мальчик остался стоять в дверях, опершись спиной о косяк спрятав руки в карманы, а девочка окончательно скуксилась, услышав предложение мамы поиграть с гостями в лото.

– Дети всегда робеют в присутствии взрослых, особенно незнакомых, – сказала Эмилия, чтобы сгладить остроту момента. – Быть может, им лучше всем вместе пойти в детскую?

Ее невинное предложение оказалось большой ошибкой. Дочурка Кауницев выбежала из гостиной с криком: «Не трогать мои игрушки!», няня на всех парах помчалась следом.

Малышка Эль уткнулась лицом Эмилии в грудь, Вик беспокойно заерзал в широком кресле, а Ева, которая сидела на краешке, старательно держа спинку прямо (бабушкина школа!), от изумления чуть не упала со стула. Только темноволосый мальчик даже не шелохнулся, лишь исподлобья глянул на юных Эрхартов; Эмилии показалось, или его не по годам серьезном взгляде действительно мелькнуло сожаление?

– Извините, мои отпрыски иногда ведут себя несносно, – Рауль озадаченно пожал плечами.

– Воспитанию детей нужно уделять время, а у нас, артистов, его вечно не хватает! – вновь развела руками Симона. – Рауль говорил, что вы, Эмилия, бросили науку, чтобы посвятить себя семье. Ох, если бы я так могла… А вы, господин Эрхарт, чем занимаетесь? Извините, запамятовала.

– Так, пописываю немного, – скромно отозвался Теренс, незаметно подмигнув недоумевающему Вику.

– Ах да, вы вроде психолог! Занятная профессия.