Доброй ночи, злой дух

Она рассеянно выполнила просьбу, после чего встрепенулась и обвела взглядом комнату.

– Я… чувствовала себя как-то не так. Будто с разума спали оковы. Больше всего изумляла собственная слепота и то, что слишком долго терпела эти ужасные отношения… – задумчиво сообщила подруга, чуть помолчав.

Я вздохнула с облегчением. Уж очень страшила её реакция на расставание. Но, кажется, пронесло. Мозговой артефакт сделал своё дело – она разобралась не только в мотивах Мазеля, но и в собственных чувствах. Видимо, симпатия к нему давно уже прошла, оставив лишь иллюзию привязанности.

Мы ещё немного посидели, вяло обсуждая произошедшее. Локи как раз закончил разминать мне ноги и развалился на диване. Я тихо радовалась, что он прекратил вести себя странно. Хотя, в отличие от остальных парней, попавших под действие повязки, его поступки были далеко не такими пугающими. Даже, пожалуй, наоборот. Но всё равно надо снова спрятать эту вещицу подальше. И ещё, кстати, предстоит разобраться, почему изделия стали работать дома.

Не припомню раньше подобного… что изменилось? И как давно это началось? Есть о чём подумать. А думать удобнее с моим мозговым артефактом. Решив так, я немедленно надела его на шею.

– Знаешь, Мари, оставайся-ка ты сегодня здесь! – Не стоит ей сразу после разрыва коротать ночь в одиночестве.

– Да, спасибо, – охотно согласилась она.

– Вот и договорились.

Глава 4

Конечно, мне снова пришлось извиняться перед парнями (включая Локи) за внезапное использование повязки.

Правда, в этот раз они не успели наговорить ничего особо лишнего, так что представление разыгрывали больше от скуки. А Силей вообще заявил, что в наказание собирается и в дальнейшем называть меня солнышком. Я торжественно согласилась даровать ему эту великую привилегию.

– Мастерица, разрешите обратиться, – вдруг раздался голос откуда-то сбоку.

Это оказался один из дополнительных стражников, постоянно дежуривших поодаль.

– Слушаю? – Интересно, что ему понадобилось.

– Ребята тут спрашивают, когда вы собираетесь выдать нам ваши изделия? Лучше поскорее бы. Ведь работа-то опасная! Прошлый отряд был убит…

Опять двадцать пять! Я нахмурилась. Напоминание о кровавых ошмётках на площади мигом испортило настроение. Хорошо, что на мне сейчас артефакт и эмоции проявляются не столь ярко! Отреагировать на возмутительное заявление я не успела. Как, впрочем, и мои ребята, шагнувшие в сторону наглеца.