Злопамятный

Какое лицемерие! Если Главой рода мужчина мог стать в двадцать пять, то Главой общины должен был быть достигнут тридцалетний возраст. Пожалуй, это он тоже исправит. Нужно будет покопаться в архиве, чтобы изменить закон, но он найдет лазейку. Недаром, все мужчины их семьи оканчивали юридический факультет. У них была успешная, на протяжении десятилетий, практика в Лондоне – "Фитцджеральд и сыновья", которую Ноа возглавил после смерти отца. О том, чтобы уступить дяде и семейный бизнес, даже речи не шло.

– Ноа, мне поехать с тобой к Дункану? – спросил Джексон, вырывая его из своих мыслей.

Ноа должен был поехать в поместье Дункана О’Ши, чтобы подписать официальный договор. За двадцать девять лет жизни он  впервые встретил женщину, которая ему соответствовала и не собирался упускать ее.

– Нет, я сам. Лучше подготовься к завтрашнему собранию.

Совет собирался, чтобы обсудить реформы, проводимые в закрытом колледже для их вида, Вудли.

– Ты уверен, что это хорошая идея? Как Глава общины…

– Это дело не имеет никакого отношения к общине, – перебил его Ноа.

 – Я Глава нашего рода и чтобы договориться о своей свадьбе, присутствие Главы общины мне не нужно. Хорошего дня, Джастин.

***

Ноа Фицджеральд был пугающим. Такой вывод Кьяра сделала после их короткой встречи в холле, когда они с отцом направлялись в кабинет, а она как раз шла в гостиную. Ноа окинул ее странным взглядом, будто пожирая глазами, и на секунду, Кьяра просто застыла, как кролик перед удавом, но отец недовольно зыркнул и, опустив глаза,она быстро прошмыгнула в комнату.

Люди были правы, когда говорили, что Фицджеральды свирепы. Жених ее сестры обладал такой мощной животной энергетикой, что даже ее отец рядом с ним казался безобидным, а его черные жгучие глаза будто принадлежали потустороннему существу. Бедная Амелия, она же дышать не осмелится рядом с ним!

Пока женщины пили чай в гостиной, пробило двенадцать часов. Вскоре к ним присоединились мужчины.

– Ноа, мою жену Луизу ты уже знаешь, позволь представить тебе моих дочерей – Амелию и Кьяру, – церемонно начал отец, но Фитцджеральд лишь сухо кивнул им и сел в кресло, немного обескураживая его своими плохими манерами.

– Луиза, Ноа хочет поговорить с Амелией. Пойдем, оставим их ненадолго, – обратился Дункан к своей жене, протягивая ей руку.

– Но разве я не должна остаться в качестве дуэньи? – резонно возразила та.

Девушки из высшего общества не оставались наедине с мужчинами. Никогда.