Строгая кузина Кристен

Мурлыкая себе под нос популярную песенку «Альфавиля», Зельда остановилась посреди комнаты в полосе солнечного света и звонко шлепнула себя лопаткой по ладошке.

– Черт, больно! – пожаловалась она Николасу и спросила. – Тебе особое приглашение нужно?

В этот момент Николасу захотелось оказаться в каком-то другом месте за тысячу миль отсюда.

– Послушай, Зельда, давай обойдемся без этого, – сказал Николас, чувствуя, что у него горит лицо. – Я тебя очень прошу! Я меня после вчерашней выволочки знаешь, как задница саднит.

– Бедный несчастный Николас, – усмехнулась Зельда. – А ну живо встал в угол! Я повторять не буду.

– Зельда, ну пожалуйста!

Девица сверкнула на него зелеными глазами и снова звонко шлепнула бамбуковой лопаткой по ладони.

На ватных ногах Николас прошел в угол гостиной и расстегнул пуговицу на поясе. Старые потертые джинсы съехали по его ногам на пол. Николас оперся ладонями в оклеенную обоями стену и опустил голову вниз. Ему было невыносимо стыдно получить порку от Зельды.

– Ты бросишь курить с этого самого дня.

Николас только заскрипел зубами от обиды и собственной беспомощности.

– Я не слышу!

– Обещаю, я больше не буду курить.

Наклонив голову на бок, Зельда разглядывала худые длинные ноги Николаса и его узкую задницу, на которой сидели в обтяжку веселенькие полосатые трусы. На ляжках и бедрах Николаса были видные бледные овалы, оставшиеся после вчерашней порки.

Зельда не стала тянуть время, она размахнулась и шлепнула Николаса кухонной лопаткой.

Стоя у Николаса за спиной, Зельда не торопясь шлепала его лопаткой из бамбука то по одной ягодице, то по другой. Николас мычал, сквозь плотно сжатые зубы, и колотил ладонями по стене. Он дал себе слово, что не закричит, как бы больно Зельда его не била.

– Как же давно я хотела тебя отлупить, – приговаривала Зельда. – Знаешь, такого дрянного мальчишку надо еще поискать! Сколько ты нервов Крис истрепал! Ничего, Николас, мы с фрау Шеен выбьем из тебя всю дурь.

Бамбуковая лопатка была тяжелая и с каждым ударом обжигала ягодицы все больнее. Терпеть не было уже никаких сил!

– Зельда, ну хватит уже, – взмолился Николас, – ну, пожалуйста! Я, правда, все понял. Прости меня!

Зельда заглянула Николасу в лицо и увидела, что его губы дрожат, а на глазах блестят слезы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».