Тропами Кориолиса. В подворотнях темной ночи

– Но почему вы просите именно нас? – поинтересовался перевозбужденный Ланге.

– Не вас… Тебя, – вождь пристально взглянул на Портного. – Я знаю о твоем прошлом. И о твоем горе…

– Причем здесь это? Вы ничего обо мне не знаете, не хитрите!

– Ты – сирота. После средней школы тебя поставили перед выбором: либо обучение швейному ремеслу, либо армия. Ты выбрал первое. Портной – это твое прозвище, которое ты придумал себе сам. Вероятно, для того, чтобы похоронить того человека, который скрывается за ним.

– Довольно! – ответил Портной. – Мое прошлое вас не касается! Разговор окончен! Я ухожу! – нервно поднявшись со стула, сказал он.

– Пожалуйста, постой! Ну, кого еще я попрошу… Кто еще сумеет выжить там, где ничего нет? Жизнь с детства тебя к этому готовила. Ты не будешь рисковать без надобности. А большинство живущих здесь даже представления не имеют о том, что делать, если закончилась питьевая вода, и как быть, если дневной паек не успокаивает аппетит.

– Но зачем мне спасать вашего сына? Если вы не знали, я скажу – он редкий кретин!

– Это не так. Мой мальчик, может, местами и резковат, но в глубине души он неплохой человек. Просто он запутался. После смерти матери… он во всем винит меня… – сказал старик и тяжело прикрыл глаза рукой.

– Перестань, отец, не мучай себя. Ты ни в чем не виноват, – обняв отца, сказал Сантьяго. – Родриго просто дурак!

Портной остановился. Совесть не позволила ему уйти.

– Для тебя это может стать возможностью заявить о себе! – добавил Маурицио.

– Что?! – скривился Рауль Маноло. – Что за ерунду ты несешь, Каррера! – повысил он голос на своего зама.

– Ну, вот опять! Ты никогда меня не поддерживаешь, Рауль, – нервно почесывая свою аккуратно выбритую бородку, обиженно ответил тот.

– Дело не в поддержке! Твое заявление неуместно, поэтому я и сделал замечание.

Тут в заместителе проснулась гордыня:

– И отчего же оно неуместно?

– Что значит твоя фраза «заявить о себе»?! Я не прошу его этого делать.

Каррера оскалился.

– Ты выставляешь меня каким-то бездушным существом! А я лишь намекнул парню на то, что по возвращении ему больше не придется штопать одежду, и он сможет заняться действительно достойным делом.

Рауль Маноло и вовсе опешил от этого выпада.