Избранник вечности

– Моё имя Нектанаб, я слуга Зевса, – сказал старец, видимо, предупреждая вопрос Александра. Сухие тонкие губы сморщились в улыбке.

– Когда-то я был царём Египта, и народ мой не знал бед и тягот. Зевс велел мне оставить престол и отправиться в Македонию, чтобы сообщить царице Олимпиаде, что наш Бог избрал её своей возлюбленной. Я оставил египетский народ в неизвестности, в облике халдея появился в Пелле, в царском дворце, где твоя мать узнала, что родит сына от Бога. Тебя, Александр!

– Неправда! Мой отец Филипп – царь македонян!

– Так думают все в Македонии.

Но ты – сын Зевса.

– Не верю!

– Я слуга Зевса, и с моей стороны будет огромным кощунством говорить неправду его именем.

Последние слова Нектанаба заставили царевича задуматься. Старец продолжал:

– В Египте Амон скажет то же самое.

– Кто такой Амон?

– Для египтян он как Зевс.

– Я буду в Египте?

– Да. Не пройдёт и трех лет. Твой путь к Амону определён твоей судьбой. – Нектанаб осторожно подбирал слова: – Ты родился в Пелле, ночью, и одновременно в Эфесе* сгорел храм Артемиды*.

Греки называли его Чудом Света. Преступление совершил безумец, чьё имя проклято богами и людьми, оттого не будет произнесено. Знамение говорит, что твой жизненный путь сопряжён с разрушительным огнём войны. Ты совершишь героические поступки на Западе и на Востоке, приведёшь под свою власть много народов, но тебе будет недостаточно славы и почестей. Но если ты захочешь большего, потеряешь всё.

Старец ронял слова, будто капли благодатного дождя на иссушённую жарой почву:

– Сила твоя в мужестве, храбрость – в уверенности победителя.

Против тебя не выстоит ни один противник. Ты повторишь путь Диониса* и захочешь пройти дальше него, чтобы стать владыкой мира. Но для свершения подвигов тебе осталось всего тринадцать лет.

– В чём справедливость, если Зевс позволяет своему сыну так мало прожить?

Нектанаб вздохнул.

– У каждого из смертных есть конечный срок жизни. Бессмертны только боги, да и они невечны. Герою, избранному богами, нужно успеть совершить подвиги, сколько бы ни отпущено ему лет жизни.

Зажечь факел своей души, ярко гореть и угаснуть без сожаления.

Глаза старца увлажнились, от волнения голос прерывался:

– Я держал тебя на руках младенцем, и ты мне небезразличен, Александр. От меня ты услышал слова Бога, устранись от ожидания кончины – и будешь непобедим. Помни, кто из людей совершает подвиги, получает заслуженное бессмертие и вечную память у народа.