Все люди – братья?!

Так что безнадежное дело – лишать народы исторической памяти, уничтожать их родовые корни, воспитывать ненависть к своим одноплеменникам!

Что же касается родовых корней изюмских Ольшанских, то их следует поискать в церковных архивах. Любовная история поповны-красавицы и гусара, по всей вероятности, произошла в конце XVIII века, накануне наполеоновских войн. Поскольку Крым Россия завоевала, турки больше не угрожали югу России, поэтому держать полк в Изюме дольше не имело смысла. Самое позднее – накануне Отечественной войны 1812 года.

Изюмские гусары находились в арьергарде армии Кутузова, и, пока основные силы готовились к сражению на Бородинском поле, многие изюмцы или погибли в неравном бою, или же умерли от ран во дворе Колоцкого монастыря.

Видимо, по этой причине в музее Бородинской битвы посетителей встречает форма изюмского гусара («синий ментик в галунах»). Если бы только знали авторы гимна, что их потомок Петька Береговой, уроженец Изюма, станет Пьером Береговуа и премьер-министром Франции! И по соображениям чести пустит пулю в свой упертый лоб…

Разумеется, наша прапра вела очень замкнутый образ жизни соломенной вдовы.

От образа жизни, видимо, и прозвище. Фамилия ее незаконнорожденному сыну досталась от города Ольшанска на Белгородской засечной черте или же Ольшан Харьковского слободского полка. В Изюме было по крайней мере два ольшанских священника, называемых так по месту прежнего служения Богу. Оба священника происходили из известного на Слобожанщине рода Ковалевских, которые традиционно возглавляли Ольшанскую сотню Харьковского полка. Тогда обычай был: рожденным вне брака детям давать другие фамилии. Но это всего лишь версия из десятков возможных.

Вообще, в казачьи края тянулся люд ушлый, набедокуривший или решивший по какой-либо причине бежать на край света. У духовного лица, идущего в пастыри к этим разбойникам, тоже наверняка существовали какие-то особые мотивы. Прежде всего, духовного или служебного порядка. Вполне возможно, что искупал свои или чужие грехи или тоже бежал на край Дикого Поля.

Надо иметь в виду, что первую крепость на изюмской земле по повелению Бориса Годунова возводил его вечный соперник Богдан Вельский. Город назвали Царев-Борисов. Вельский собрал здесь такие силы, что вполне мог тягаться с Москвой. Служили ему и иностранцы. «Годунов царствует в Москве, а я в Цареве-Борисове», – похвалялся Вельский, пока его по навету наемников не захватили сторонники Годунова и выдрали по импортному методу бороду.