Пропавший в чёрном городе

– Давай остановимся, я зарисую. Красиво как!

– А ты умеешь рисовать?! Хорошо получается?

Мишка присел на разломанную кирпичную глыбу, положил на колено альбомчик.

Анка молча стояла у него за спиной.

Закончив Мишка вскочил, отряхнул брюки.

– Всё, можно идти!

– Какой же ты молодец! Как настоящий живописец! Так здорово получилось! А меня нарисуешь?!

Мишка улыбнулся.

– Потом. Как только с делами справимся…

Мишка вёл велосипед, Анка шла рядом, прыгая через лужицы, вертела в руке лист каштана.

Сначала немного поболтали о пустяках, посмеялись, потом Анка замолчала.

– Тётя Наташа рассказывала мне про твоего брата.

Мишка не ответил, потом, не глядя на девчонку, попросил:

– Ты лучше никому из знакомых про моего брата пока не говори! Мало ли что…

– Ладно. А отец твой где?

– Погиб на фронте.

– Мой тоже. Мама пенсию на него получает, бабушка старенькая, иждивенка, она не работает…

– Сколько?

– Мама говорила, что сто шестьдесят рублей мы в войну получали, когда папа погиб, и двадцать рублей за его орден, ну, Красной Звезды…

– Мы получали десять за награду и ещё за квартиру не платили.

У отца была медаль «За отвагу». Когда война закончилась, всё это отменили…

На битом кирпиче велосипед в руках Мишки дребезжал, подпрыгивал, приходилось почаще смотреть под ноги. Когда они выходили на целую брусчатую дорогу, то шагалось спокойнее, веселее, велосипед катился легко, тихо шуршал сухими шинами.

– А велосипед где взяла? Мама купила или сама, с получки?

Анка улыбнулась, махнула рукой.

– Ты что?! Откуда у нас лишние деньги? Генка подарил, он в нашем доме живёт.

– Генка? Он что, за тобой ухаживает?!

– И ничего не ухаживает.

Анка покраснела.

– Просто он ловко с немцами умеет обращаться, всё время чего-то нам всем, соседям, достаёт, подарки делает. И пожилым людям, и девчонкам. Еда у него всегда есть хорошая, конфетами нас всех угощает! И сам Генка весёлый!

– Военный? Или работает?

– Работает. На восемьсот двадцатом.

Он наш ровесник, комсомолец.

– А ты комсомолка?

– Конечно! Только на нашем заводе, на ремонтном, нет пока первичной организации, поэтому я парторгу взносы плачу, он на меня отдельную ведомость ведёт.

Один старый каштан всё-таки лежал поперёк дороги, пришлось им сходить с тротуара, обходить упавшее дерево по проезжей части.

Анка оглянулась.

– Вчера его здесь не было. Ночью сильный ветер дул, шумело с моря, вот, наверно, и повалил.