Город горького шоколада

Так что вот, сын священнослужителя защищал Родину. А вот тот самый местный вождь, он в Великую Отечественную стал дезертиром. Который сказал, что Израилев не имеет права преподавать в школе потому, что он сын священника. А в гражданскую войну, во время савенковского мятежа, это Ярославль, Рыбинск, моего папашу чуть не расстреляли кулаки. Шли по деревням, выгоняли мужиков: «Давайте с нами». А его арестовали: он в сельсовете работал писарем, секретарем. Не политик. Но все равно – в кутузку.

Он мало рассказывал. Да кое-что и нельзя было…

* * *

Многие потомки протоиерея Аристарха Израилева работали в военных институтах. «В „ящиках“, в общем», – смеется Сергей Иванович.

Когда сталкиваешься с подобными историями, в очередной раз поражаешься, ужасаешься и восхищаешься тем, что пережили люди в ХХ веке. И как жили в веке ХIХ. Когда потомственным дворянином мог стать выходец из села… А вы говорите: демократия!..

И все-таки появляется надежда на то, что, может быть, не сгинет Русь, постоит еще.

Не имеем мы права дать ей пропасть с лица земли: предки не простят. И потомки…

МОНОЛОГ ОЗЕРСКОГО КУИНДЖИ

Ефимов Владимир Григорьевич

(1935—2008)

Ветеран ФГУП «ПО «Маяк». Ликвидатор последствий радиационных аварий на ФГУП «ПО «Маяк» (1957 г.) и ЧАЭС (1986 г.).

Художник-любитель.

Путевка по вербовке

«У него такие этюды были, что кто-то сказал: „О! Володя Куинджи к нам приехал!“.

Так его и стали звать: Володя Куинджи…»

Павел Григорьевич Грудин, ветеран ФГУП «ПО «Маяк»

Вообще-то, Александр, в городе-то я оказался, можно сказать, совершенно случайно. Служил в армии, а когда оставалось служить еще почти полтора года, к нам приехали вербовщики из этого города и предложили заключить контракт на двухлетнюю работу в «Южноуральском управлении строительства», тогда нас из армии демобилизуют раньше. Я прикинул… В общем-то служба-то у меня была не больно тяжелая: я был полковым художником.

Но когда мне сказали, что на стройке тоже требуется художник-оформитель для отдела техники безопасности, подумал: «Господи… А что я теряю? Кроме погон…» И согласился.

Так я очутился в «Южноуральском управлении строительства». Ну, всё дело шло хорошо. Нормально. Так прошел почти год. Даже больше. Потому что я пришел в августе 1956 года, а в 57-м году рвануло.

Вот.