Группа крови на плече. Смерти вопреки

Там ждет грузовой ИЛ. Загоняем машину со всем спецоборудованием, через два часа в Армавире. Ладно, через три. Пока преступникам обещают собрать доллары и убалтывают, готовим штурм. Готовим по отработанному сценарию.

– Какому? – тут же спросил Банников.

– Не знаю, – развел руками я. – Мы же тут фантазируем. Так далеко я заглянуть не могу…

– Зато я могу, – Цвигун посмотрел на Алидина. – Сегодня у нас суббота. Виктор Иванович, значит, в понедельник, край вторник, жду тебя со служебной запиской по «Грому».

Все открыли рты, уставились на генерала.

– У меня чуйка! – Цвигун ткнул себя в грудь. – Знаете сколько раз спасала на войне? Как екнет сердце – значит, жди. Сейчас два раза екнуло. Как начал капитан рассказывать, прямо всего передернуло. Все так и будет. И даже еще хуже. Надо готовиться.

– На базе моего управления? – Алидин мрачно посмотрел на меня, тайком показав кулак.

– А чьего же? Ну можно из «Девятки» кого-то привлечь… Но там тоже на совсем другое готовят.

– Преступники – это дело МВД!

– Обычные да.

А тут террористы. Особо опасные. Это дело Комитета.

– Тогда звони в понедельник Ивашутину… – Алидин зло улыбнулся мне. – Пусть отдает Орлова. Без него не возьмусь. Вон он какой, оказывается, грамотный…

Картина Репина «Приплыли»…

* * *

Конец вечера вышел скомканным. Алидин был злым, женщины, перешептываясь, ушли в дом мыть посуду. Я уже собрался откланяться, как Банников начал расспрашивать о Вьетнаме, о кознях китайцев, технике…

– В вашем рапорте указано, что наблюдали работу «Шилки».

Как впечатления?

– Как в том анекдоте…

– Каком?

– Разговаривают два водителя «Шилки». «Ты знаешь, что главное в нашей самоходке?» – «Башня?» – «Нет». – «Автоматическая пушка?» – «Нет». – «Тогда что?» – «Главное не обосраться от страха».

Гэбэшники дружно засмеялись, обстановка слегка разрядилась.

– Такое сильное впечатление? – Алидин заулыбался, разлил остатки водки.

– Не обосрался, но когда увидел остатки «Фантома»… ох… – сказал и осекся.

Но нет, никто мне на вид не поставил и воспитывать не начал. Впрочем, и разговор продолжения не получил – первым уехал Банников с незнакомым гэбэшником. Вторым, слегка покачиваясь, ушел к машинам Цвигун. Пока Алидин прощался с начальством, я зашел в дом.

Ну летняя кухня, все деревянное, горит лампа под абажуром. Над ней вьется мошкара. Ничего интересного. Екатерины Александровны не наблюдалось – Яна домывала посуду.

Я подошел вплотную, прижался к девушке.