Группа крови на плече. Смерти вопреки

И чего бы «Детскому миру» в свое время не выбрать себе другое место? Ну или товарищу Дзержинскому…

Поднявшись по ступенькам, я открыл монументальную дверь и, войдя, тут же уперся в стоящий поперек прохода стол. За столом перед раскрытым журналом сидел лейтенант с таким ясным взглядом, что сразу становилось понятно, что руки у него чистые, а сердце холодное. Рядом стоял постовой с автоматом. Не забалуешь.

– Капитан Орлов, Николай Яковлевич. К Алидину Виктору Ивановичу, – доложил я.

– Есть пропуск на вас. Ожидайте, – сверившись с моей фотографией в удостоверении, он что-то начал записывать.

Ну ожидать так ожидать. Прямо за лейтенантом был маленький холл, в конце которого на второй этаж уходила широкая лестница, по середине которой была зеленая ковровая дорожка с красными полосами по краям. Дорожка упиралась в какую-то стеклянную будку, в которой маячило еще одно тело. А что, логично. Пожелай я прорваться и утащить секретный документ, то всяко-разно успеют тревогу поднять, даже грохни я вахтера и постового.

Все серьезно.

Наконец откуда-то сбоку вышел еще один лейтенант, забрал у моего какие-то бумажки и очень вежливо пригласил меня следовать за ним.

Добирались мы не долго, всего-то поднялись на пару этажей и попетляли немножко по каким-то коридорам.

Кабинет у главы «Семерки» был элитный, с видом на Дзержинского. Правда стоял «Железный Феликс» задом к Лубянке, как бы намекая… На что именно, я додумать не успел – Алидин начал меня грузить.

– Сейчас двенадцать, предложение от тебя жду к 17:00.

Пяти часов тебе должно хватить. Рабочее место и прочее обеспечит секретарь… – Генерал тоже был не в настроении и даже не ответил на приветствие. Видать, сильно я все-таки разворошил воображение генералов, вон как глазами сверкает и брови хмурит. Наверняка, дай мне кто-нибудь сунуться к Цвигуну, тоже мало радостного увижу.

– Распиши все. Штатную структуру подразделения, необходимое спецоборудование. Отдельным пунктом – цели и задачи. Это главное!

Главное – это финансирование.

Но я промолчал.

Сев за стол в приемной и задумчиво начав грызть кончик ручки, я попытался вспомнить структуру «Альфы» из моего времени. Испортив несколько листов квадратиками со стрелочками и каждый раз в конце обнаруживая херню, я в очередной раз понял, что наблюдать со стороны и участвовать – это две большие разницы. Ну не получалось у меня выстроить что-то более или менее красивое.

Еще немного поморщив ум, я решил пойти с обратной стороны.