Баллада о солдате (сборник)

 – Она поспешно протянула ему вещи: – Вот… вы забыли.

– Шурка!.. Какая ты умница!

– Это из-за меня ты отстал.

– Глупая, я думал, что не увижу тебя!

– А я ждала.

Глаза Алексея радостно блестели.

Шурка отвела взгляд и увидела котелок. Она быстро присела и заглянула в него. Он был пуст.

– Так пить хочется! – сказала она, подняв глаза на Алексея.

– Ты еще не пила?

– Боялась тебя пропустить.

– Шурка ты моя! Идем!

Он схватил ее за руку и потянул к колонке. Здесь по-прежнему никого не было. Он подставил под кран котелок, но она не хотела ждать.

Отстранила его и жадно пила холодную воду прямо из-под крана. Он стоял рядом и блаженно улыбался.

Потом под краном она мыла ноги, радуясь ласковой свежести воды. А он смотрел на нее, на ее молодые стройные ноги, на ее радостно улыбающееся лицо и тоже улыбался. Потом они тут же уселись завтракать. Она сама аккуратно нарезала хлеб и, приготовив бутерброд, подала его Алексею… Она знала, что он смотрит на нее, и от этого ее движения были легки и гармоничны.

Потом она потащила его за руку к станции.

– Я все узнала, – говорила она на ходу. – Через два часа будет пассажирский до самого Георгиевска.

– Два часа?.. – Алексей посмотрел на часы. – Знаешь что? Пойдем погуляем по городу. Я его хорошо знаю.

– Пойдем! – согласилась Шурка.

– Или знаешь что? Пошли в кино!

– Ой, правда! – обрадовалась Шурка. – Я сколько уже в кино не была.

Они быстро идут в сторону города.

Прямо от станции начинается большой парк. Они проходят по парку.

В парке тихо, безлюдно. С высоких деревьев слетают пожелтевшие листья.

– Красиво, правда? – спрашивает Алексей.

– Да. Только немного грустно, – говорит Шурка. – Осень!

– А мне не грустно.

– И мне.

– Давай посидим.

– Давай. Посидим и пойдем дальше.

Они усаживаются на одну из скамей.

Тишина. Одни деревья окружают их, и только вдалеке, в самой глубине парка, видна медленно бредущая пара старых супругов, одетых во все черное.

– Шурка, как хорошо, что ты не уехала! – говорит Алексей.

– Да… – Она усмехнулась. Потом задумалась. Лицо ее стало грустным. – Скоро будешь дома… – сказала она. – И мне уже не много осталось.

– Да… Ты уже почти на месте.

– А тебе от Купинска близко?

– Рядом! А мать ничего не знает.

– Вот обрадуется!

– Куда там!.. Жалко, я много времени потерял. Ну ничего! Почти сутки еще дома буду. Починю крышу, и обратно.

– На фронт?

– Да.

– Знаешь что, Алеша?

– Что?

– Давай не пойдем в кино.