Баллада о солдате (сборник)

Лучше посидим здесь. Хорошо?

– Хорошо. В кино жарко. Правда?

Помолчали.

– А хорошо мы с тобой ехали, Шурка.

– Хорошо… Только знаешь что, Алеша?

– Что?

Алексей еще ближе склонился к девушке.

Она не отстранилась. Только пальцы ее быстро-быстро перебирали лямки лежащего на скамье вещевого мешка Алексея…

– Алеша, а платок этот… кому? – вдруг спросила она.

– Какой платок?

– Что в мешке.

Алексей улыбнулся:

– Матери. Подарок.

– Правда?! – обрадовалась девушка. – И мыло тоже?

– Какое мыло?

– Мыло.

Алексей вздрогнул, поднялся.

– Черт! Совсем забыл! – хлопнул он себя по лбу. – Понимаешь, Шурка. Это посылка. Парень один передал. Фронтовик. – Алексей волновался все больше и больше. – Хорошо, что мы не уехали. Ее нужно отнести!

– Куда?

– Здесь совсем близко. Улица Чехова! Отнесем, Шура?

Шурка вздохнула.

– Тут рядом. За десять минут управимся!.. А потом мы опять сюда придем… Да, Шура?

– Да, – тихо ответила она.

Алексей и Шурка быстро идут по улице.

– А этот Павлов – твой товарищ?

– Нет. Я его и не знаю совсем. Случайно встретились. Он с командой на фронт шел.

Шурка ласково посмотрела на него.

Они сворачивают за угол.

На табличке, прибитой к стене, надпись: «Улица Чехова».

– Как близко! – говорит Шурка.

Алексей смотрит на номер дома – «21».

– Седьмой – там. Пошли!

Они идут по улице Чехова. Минуют один дом, второй, третий, и радость сползает с их лиц. Дальше вместо домов – развалины.

Алексей и Шурка останавливаются и растерянно смотрят друг на друга.

По груде кирпича, щебня, обвалившихся стен и скрученного железа ходит сгорбленная, сухонькая старушка и выбирает щепу на растопку.

– Бабушка! – окликает ее Алексей.

Старушка поднимает голову.

– Скажите, где седьмой номер?

– А вот он… – Старушка просто показывает щепкой на развалины. Видя замешательство парня и девушки, она торопится к ним. Подходя, вглядывается в их лица подслеповатыми глазами. – А вы к кому?

– Нам Павловых, – отвечает Алексей.

– Живы… – улыбается старуха. – И Лизавета, и старик живы! Лизавета Петровна на Семеновской живет. Семеновская, тридцать восемь, а старик, должно быть, на заводе.

– Семеновская вроде недалеко, – сказал Алексей, взглянув на часы. – Успеем! Пойдем!

– Пойдем! – согласилась Шурка.

– Квартира пять! – напутствует их старуха.

Табличка над парадным: «Семеновская, 38».

Алексей и Шурка быстро входят в дверь.