Темная Обитель

Я чувствовала лишь боль: режущую, ноющую, колющую, обжигающую и какие там еще бывают… все это напрочь отбивало и заглушало чувство голода. Что касается воды – то мне её приносили каждый день и много. Очень много.

Я мельком глянула на шрамы, оставшиеся на моих руках от раскаленной цепи. Да…

Ярослава частенько спускалась сюда. В один из таких визитов она привела с собой парня. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять то, что он влюблен в дочь Мстислава. Она сказала ему разжечь небольшой костер на заднем дворе, а после накалить в нем кусок цепи.

Парень сделал так как ему было приказано и принес наколенное железо, держа его нескольким слоем тряпок. Она около часа издевалась надо мной, прикладывая к рукам горячее железо. Это ничем не оправдывалось, никаких: «Это нужно для спасения людского рода». Ей просто нравилось слышать мой крик, только и всего.

На моих руках, чуть ниже локтей, отпечатались следы звеньев цепи, и эти следы… останутся со мной навсегда. Они никуда не денутся.

С каждой проведенной процедурой Весемир расцветал на глазах. Чем хуже мой организм реагировал на яд – тем радостней был мой мучитель. Несколько раз я едва не отправилась в иной мир, но они вводили двойную дозу противоядия, чтобы не дать мне умереть. Мои мысли путались. Чувства обострились. Я узнавала, что ко мне идут еще задолго до того, как открывалась дверь.

Я сохраняла молчание, даже если меня о чем-то спрашивали. Виной тому была Ярослава, да и все остальные тоже. Поначалу я пыталась говорить с девушкой, но та нещадно избивала меня за каждое сказанное слово.

Точно так же поступал и Мстислав. Когда я обратилась к нему, он ударил меня палкой по голове. Мать Ярославы смотрела таким прожигающим взглядом, что не то, что говорить – жить не хотелось… хотя конечно, я уже давно позабыла, что значат эти слова. Хотеть жить.

Весемир пробовал на мне разные методы: резал отравленным ножом, стрелял в ногу или руку стрелой, кончик которой был смазан ядом.

Вводил смертельную смесь игольцем или же просто заставлял выпить.

В последнее время я поймала себя на мысли, что мне уже все равно. Я просто смотрела в одну точку, когда Весемир готовился в очередной раз подвергнуть меня испытанию.

Сегодня он был чересчур веселым. Открыл дверь с ноги и с порога стал пританцовывать. Я оглядела его равнодушным взглядом, и снова посмотрела на пол. Мне не было дела до того, чему он радуется. Наверное, придумал новый яд.