Раскаты

– Мама! – Ника бросилась было к женщине, но Варвара быстро схватила ее, глупо приговаривая:

– Тише, дитятко, ты что?..

4

– Что же, Александр Николаевич, давайте сверимся? – Яковлев, старший помощник полицмейстера, поправил очки и побежал глазами по записанным показаниям. – Стреляла ваша жена?

– Верно, – ответил Арцыбашев. Рядом с ним, на столике, стояла бутылка с коньяком и два бокала – наполненный и пустой.

– Она стреляла в вас?

– Верно.

– А убитая… Альбина Ивановна… в общем, она попала под выстрел?

– Да.

– Она защищала вас?

– Нет, – Арцыбашев глотнул из бокала. – Она защищала себя.

Яковлев удивленно посмотрел на него. Доктор выпил еще.

– Я собирался развестись, и объяснял условия развода. Дочь должна была остаться со мной, но Анна была категорически против этого. Ее мать настаивала на моей позиции.

– Почему?

– Потому, что не любит свою внучку. Ее дочери за отказ от Ники полагались отступные – вот они-то и волновали Альбину Ивановну больше всего. Она пыталась объяснить Анне, что так будет лучше.

Ну а потом, – Арцыбашев махнул рукой в сторону окна. – Анна вытащила револьвер…

– Ваш револьвер?

– Из моей коллекции, – поправил доктор. – Он хранился в запертой шкатулке, был спрятан в нашей спальне на тот случай, если в дом проберутся грабители. Последняя мера защиты, так сказать.

– Ваша жена выкрала его?

– Судя по сорванному замку – да, – Арцыбашев, предоставивший все улики на осмотр, насмешливо посмотрел на Яковлева, приложился к бокалу.

 – Когда ситуация накалилась, она вытащила его и сказала следующее: «Мне плевать на твои деньги, подонок и скот, я убью тебя!»

– Так и сказала?

– Примерно так я запомнил.

– Что же… – Яковлев пробежался по листкам. – Ваша дочь видела ссору?

– Нет. Она видела мертвую бабушку и обезумевшую мать.

– А слуги пришли следом за ней?

– Да.

– До этого они так же были за дверью, и тоже ничего не видели?

– Все верно, – Арцыбашев осушил бокал. – Господин помощник полицмейстера, я полагаю, вас позвали сюда с определенной целью – не только полностью разобраться в случившемся, но также и не дать огласку делу.

Здесь все очевидно, – он налил на пару глотков в соседний бокал и подал полицейскому. – Если я преступник – наденьте на меня наручники. Если нет…

Яковлев, на миг поколебавшись, молча взял бокал и опустошил его в одну секунду.

– Кстати, что говорит прислуга? – спросил доктор.

– Показания сбивчивые, но практически все одинаковые.