Эсминцы. Коса смерти

Неужели Господь услышал его пожелание и отмотал ему время жизни назад? Но зачем? И тут пронзительная мысль вспыхнула в сознании: он послан сюда не просто так, а затем, чтобы предотвратить гибель людей! Чтобы спасти от смерти всех, кого сможет.

В этот июньский день погода выдалась отличная. Облаков и ветра почти не было. Ярко светило солнце, радостно искрясь бликами на спокойной глади залива. Старый эсминец типа «Новик» покоился на якоре на рейде Кронштадта. При полном штиле корабль стоял на воде как вкопанный, даже не покачивался.

Два молодых человека, одетые в матросскую робу, возились на баке с носовым 102-миллиметровым орудием производства Обуховского завода, чистили его, смазывали, подкрашивали где надо шаровой краской и разговаривали.

– Скажи, Ваня, – проговорил матрос Денисов, – как ты думаешь, они попрут?

– Ты о чем, Саня? – переспросил матрос Егоров.

– Да я все о немцах, – Денисов криво усмехнулся и показал рукой на запад, в сторону Германии.

Иван Егоров вопросительно посмотрел на друга и высказал свое мнение:

– Задиристые они, гады, эти немцы, и жадные очень.

Половину Европы уже себе отхватили. Война там идет уже давно, скоро, в сентябре, два года будет. Польшу сожрали, Францию разгромили, Чехию и Австрию забрали себе, Лондон бомбят. Конечно, и до нас доберутся, как только с англичанами покончат.

– Вот то-то и оно, жадные они. Под себя подминают все, до чего дотянуться могут, – согласился Александр Денисов. Он кивнул головой и добавил:

– Но вряд ли немцы пойдут против нас, не разделавшись с англичанами.

В самом деле, не станут же они повторять ошибки Наполеона, который, не победив Англию, напал на Россию?

Матрос Егоров нахмурился и проговорил:

– Да кто их знает, этих немцев? Они вон в четырнадцатом году на два фронта воевали, и ничего. Победили они нас тогда.

– Разве? – удивился Денисов.

Собеседник настаивал на своем:

– Ну да. Германцы Англии и Франции войну ту проиграли, а нас победили. Мы же немцам сдались, сепаратный мир в Бресте подписали.

Сильные они вояки, что и говорить. Мне батя рассказывал, что наши в ту войну целыми дивизиями с фронта бежали от немцев. А батя мой мужик суровый и командир серьезный, те две войны прошел, да еще и финскую. Врать он не будет.

– Может и так, но ты об этом не говори громко. Не любят у нас признавать никаких проигрышей. Кто про проигрыши говорит, тот, значит, враг народа, сам понимаешь. Да и в то время Гражданская война началась, не до немцев стало.