Колокола судьбы

– Тоже не следует исключать, тоже не следует. А за капитана все же спасибо, – расчувствованно произнес Беркут. – Не потому, что звание важно… Что не забыли. Там, у нас, в армии… не забыли… – Он отвернулся, помолчал.

Колодный тоже умолк и сочувственно покряхтел, давая понять, что вполне представляет себе, сколько довелось пережить человеку, которого судьба на два года забросила в глубокий тыл врага. И какие чувства вызвало у него сообщение о том, что в конце концов командование оценило его заслуги.

– Но тогда получается, что и об ордене Красной Звезды вы тоже не знаете? – вдруг спохватился младший лейтенант.

 – Все за тот же дот, за Днестр. А весь гарнизон дота наградили медалями. Посмертно, конечно.

– Да? Весь? Это точно? – оживился Анд-рей. – Значит, и сержанта Крамарчука тоже?

– О сержанте не знаю. Сказано было: «Гарнизон. Посмертно. Медалями “За отвагу”».

– Справедливо, справедливо… – взволнованно прошептал Беркут, чувствуя, что горло ему сжал предательский комок, мешающий и говорить, и сдерживать свои чувства.

 – Если бы об этом могли узнать бойцы гарнизона! Пока все они еще были живы. Да, пока еще были живы… Если по справедливости, всех их стоило бы представить к званию Героя. Кроме меня, конечно, – виновато как-то улыбнулся он, расстегивая китель, вдруг показавшийся ему слишком тесным и жарким. – Я всего лишь командовал этими людьми. Сражались они.

– Говорят, вас там заживо замуровали. И спаслись только вы да какой-то сержант.

– Спаслись трое. Была еще медсестра. Сержант Крамарчук и медсестра Мария Кристич.

Да, была… Знать бы, где она сейчас. И жив ли Крамарчук.

– А потом вы создали свою партизанско-диверсионную группу…

– Из той группы, которой я командовал до плена, остался только один боец. Польский офицер.

– Польский? Тот самый поручик Мазовецкий?

– О нем вам тоже известно?

– И не только мне. Вас просили охарактеризовать его более подробно. Говорят, для высокого начальства.

– Вот как? Чем он заинтересовал начальство – этого вы, конечно, не знаете?

– Очевидно, собираются как-то использовать.

Я даже слышал, что вроде бы всех наших, советских, поляков-фронтовиков отзывают в тыл. Возможно, хотят сформировать особый отряд. Когда-то же мы дойдем и до Польши. Там он и пригодится.

– Логично.

Где-то вдалеке один за другим прозвучало три разрыва снарядов. Офицеры переглянулись: до передовой слишком далеко, тогда возникает вопрос, по ком палят немцы.

– Составьте текст радиограммы, товарищ капитан.