Убить Каина. Хроники 18-го века

 – Ну, какая же я свидетельница; я знать ничего не знаю! Сную весь день от столов к стойке, от стойки к столам, за полушку спину гну, тут разве что толком услышишь? Да если б я такое слыхала, я бы своими руками паразиту шею свернула!..

Бабий визг штопором вкрутился в уши князя. Сразу разболелась голова.

– Пошла вон!– прорычал князь. – Вон!..

Трактирщица мигом вскочила и умчалась со скоростью скаковой кобылы, только юбки в дверях мелькнули.

– Врет Ванька! – запричитал Авдей. – Вот вам крест, врет!.

.

– Врет! – подтвердил Семен. – Ему соврать, что голодному сплюнуть.

– Другие свидетели есть? – спросил Юрьев.

– Никак нет, ваше сиятельство! – гаркнул полицейский.

– Нужно, ваше сиятельство, самого доносчика попытать, – подсказал следователь. – Положено по инструкции. Если выдержит дыбу, значит, правду говорит.

Юрьев никогда на инструкции внимания не обращал, считал это ниже княжеского достоинства, но сейчас ею заинтересовался, – вдруг это поможет избежать обид и Мятлева, и губернатора.

«Может, доносчик на дыбе от своих слов отступится, – подумал князь. – Тогда выпороть лжесвидетеля, и всё, не было никакого доноса».

– Где доносчик?

– Ванька в камере, – доложил Белых. – Я его туда отправил до полного выяснения обстоятельств. – И добавил фразу, вновь испортившую настроение князя: – Тоже слуга боярина Мятлева. Только личный, вроде камердинера.

Тьфу! И этот мятлевский! Да к тому ж камердинер, слуга в обиходе необходимый.

Видно, ссоры с Мятлевым не избежать, понял Юрьев и смирился с обстоятельствами.

– Значит, так. Доносчика на дыбу, как положено, и монах пускай всё пишет, – велел он полицейскому. – А холопов пока в камеру. И не кормить. – И тут вспомнил, что сам не завтракал. – Я вернусь через два часа.

– Будет сделано в лучшем виде, ваше сиятельство! – отрапортовал полицейский.

5

С тех пор как Ушаков с императорским двором перебрался из Москвы в Петербург, многое состарилось и обветшало в доме на Лубянке.

Но только не пыточная камера. Камера была устроена в подвале с высокими сводами и освещалась факелами, развешанными по стенам. И всё, что надобно в ней иметь, лежало и стояло там на своих законных местах: стол с нужными пыточными инструментами, деревянные колодки для рук и головы, жаровня с углями для клеймения. И даже кресло для князя, если он соизволит присутствовать при допросе с пристрастием.