Рабыня Малуша и другие истории

Мы уезжаем. Мария Игнатьевна поможет вам, – объявил полковник.

– Дозвольте спросить, вашбродь, – обратился к нему денщик.

– Говори, – разрешил тот.

– Куда поедем?

– На юг, в Крым.

– А потом? – подала голос Аглая.

– Потом… – в раздумье проговорил Владимир Георгиевич. – Там будет видно. Это не нам решать. Завтра день на сборы, а послезавтра подъедет машина и отправимся на вокзал.

– Слушаюсь, – ответил за обоих Капитон. – Разрешите идти?

– Идите, готовьтесь, – отпустил их полковник.

На кухне служанка тихо ворчала:

– Собирайтесь, собирайтесь… Нищему собраться – только подпоясаться…

– Ох, девоньки, бабоньки… Нет в вас солдатской готовности. Дана команда: «Подъем!» – раз, два и готов!

– Вот и воевали бы сами, безголовые, а нас-то с собой пошто таскаете?

– Да куда ж мы без вас-то, таких сладеньких, – Капитон шутливо приобнял девушку, но та вывернулась из его объятий и строго прикрикнула:

– Не балуй! Господам скажу…

– Дак я что, я ничего, – виновато проговорил шутник.

– Вот и пообнимайся с ними, – сказала ему вслед расстроенная Аглая.

Ночью Мария Игнатьевна проснулась из-за грохота и ярких вспышек, видных даже сквозь плотно зашторенные окна. Спросонья испугавшись и сев на кровати, она принялась теребить мужа:

– Володя, Володя, просыпайся скорее!

– Что? Что такое? – пробормотал он.

Также сев на кровати и протерев глаза, он обратился к жене:

– Что случилось?

– Да ты посмотри в окно, – тормошила она мужа.

Владимира Георгиевича как ветром сдуло с кровати. Он быстро подошел к окну, отдернул штору и некоторое время вглядывался в темноту. После этого подошел к жене и принялся ее успокаивать:

– Это нервы твои, дорогая. Обычная сухая гроза. Вон как Илья-пророк разбушевался. Ложись и попытайся уснуть. Все будет хорошо.

– Володя, я так больше не могу, – всхлипнула она, но муж обнял ее и, поглаживая по голове, негромко приговаривал:

– Возьми себя в руки, – ты же жена офицера.

– Это что – кара небесная для меня? – оправляясь от испуга, слабо проговорила она.

– Это подвиг во имя родины, – также улыбнулся он и поцеловал жену в щеку. – Ложись, я пойду выпью воды и приду к тебе.

На кухне он увидел полуодетую и дрожащую от страха служанку.

– Ну, а ты что не спишь? – спросил он.

– Страшно, – ответила она.

– Это гроза надвигается. Иди, ложись.