Инквизитор. Божьим промыслом. Принцессы и замки

Или, может, в графском доме остановилась?

– Нет, не в графском, – отвечает ему Кёршнер. И то верно, ведь в графский дом, на который она имела полное право, родственнички мужа графиню с юным графом не пускали. – Сказала, что Фейлинги… Новый глава дома Фейлингов, Хуго, просил её быть его гостьей и передал ей под жильё всё правое крыло дома.

После смерти старшего Фейлинга, что отдал Богу душу два года назад от неожиданного удара в купальне, теперь влиятельную семью возглавлял Хуго Фейлинг по прозвищу Чёрный – из-за цвета его бороды, – с которым генерал был знаком шапочно.

Зато пару других Фейлингов знал отлично.

– А чем та фамилия промышляет? – интересуется барон, чтобы не пришлось потом удивляться. – Ну, разумеется, кроме того, что деньги дают в рост?

– Так всем. Говорят, что начинали они с каменоломен в округе, а потом стали улицы тут мостить, до сих пор на тех подрядах сидят, так и не сдвинуть их, а ещё у них две из четырёх мельниц в городе, а ещё домов… восемнадцать, по-моему, – вспоминал купец.

 – Ещё лавки, уборка города, очистка рва под стенами, склады… В банках партнёрами состоят. Ничем не брезгуют, они уже лет шестьдесят в городском совете сидят. Пару раз и в городские консулы избирались.

– И с чего же это они стали так радушны к сестрице? – не понимал Волков. Он ещё с прошлых лет не очень-то жаловал эту семейку. Ну, кроме Курта Фейлинга, храброго молодого человека, служившего у него оруженосцем за учёбу.

– Уж и выдумать не могу, – признавался Кёршнер.

 – Но Фейлинги обо всём в городе первыми узнают. Видно, узнали, что вы у нашего курфюрста в почёте, вот и усердствуют в дружбе.

Это было похоже на правду. И тогда Волков наконец встал.

– Ладно, друг мой, не буду вам более докучать, выздоравливайте.

Под левой ключицей ещё покалывало. Нужно было бы прилечь, но его уже разжигал огонь раздражения. Он поставил пустой стакан из-под вина на красивый комод и покинул спальню купца.

Когда он уже спешил к большой лестнице, что вела к выходу из дома и конюшням, его встретила Клара Кёршнер.

– Барон, ванна уже готова.

– Ах, дорогая моя родственница, – отвечал ей генерал, – жаль, что побеспокоил вас этим, но неотложные дела вдруг появились. Надобно отъехать мне. А ванну после приму.

– Но как же…? – немного растерялась хозяйка дома.

– Уж извините.

– Но к ужину-то вы хоть вернётесь?

– Даже и не знаю, госпожа моя, садитесь ужинать без меня.