Разумная раса № 843

 – Джо удивлённо глянул на центральную консоль, – Ты подразумеваешь, что вы полетите туда вдвоём. А не получится. Потому что исправный скафандр у вас – только один!

Джо прикусил язык, не дав вырваться просившемуся на него вопросу: всё верно. Это именно его скафандр пострадал буквально две недели назад, когда его хозяин попал под «обстрел» бомбами раскалённой лавы из проснувшегося внезапно вулкана. Внутрь жизненного пространства раскалённая полужидкая блямба, естественно, не проникла, но сделала внешний защитный слой прожжённым на всей спине.

Следовательно – проникни микробы-бациллы-вирусы под него, и надёжно, огнём, вытравить эту зар-разу оттуда не представится возможным, не уничтожив и того, кто будет в скафандре. А ремонт опять-таки возможен только в Клайде…

– Вот уж не вижу, из-за чего тут париться. – в голосе Пола сквозила неприкрытая издёвка и злорадство, – У нас же есть скафандры высшей защиты! Вот пусть и одевает!

Джо сердито глянул на напарника. Тот и бровью не повёл!

Но таскать на себе сто двадцать килограмм брони и защитных систем вовсе не казалось Джо хорошей идеей – сам-то Пол будет щеголять в обычном, удобном, тридцатикилограммовом, костюме!

– Ну вот.

Я психологическим путём выяснила, что вам пора заканчивать и этот рейс. Вы уже начинаете прикалывать друг друга сильнее обычного. Это к слову. А по сути могу сказать, что я пошутила насчёт обычного скафандра. Там, в руинах города, запросто могут стоять и частные, индивидуальные для каждого дома и предприятия, защитные системы. И одеть вам обоим так и так придётся скафандры высшей защиты. И пушки взять.

Джо, не без злорадства уже со своей стороны, наблюдая, как у напарничка вытягивается лицо, подумал, что Мать-то… Права! Подзатянулся у них этот рейс. Пять месяцев они вдвоём взаперти тесного пространства «Чёрной каракатицы» до этого не проводили. А ведь казалось ничто не предвещает «внутренних разборок»: погрузили и полный запас туалетной бумаги, и геля от волосяного покрова, и продуктов свежих и консервированных, и даже мяса.

Трёх сортов.

Вроде, прибарахлились на полгода. А, похоже, четыре месяца лицом к лицу – много. Ох, много. А пять – вообще перебор. Всё начинает бесить: и то, что напарник не постирал носки, а стиранные уже пятый день висят на батарее сушилки, и тоже… Распространяют тот ещё аромат. И то, что в гальюне Пол проводит до получаса – читая там одну из своих книжечек, которых по традиции покупает подешёвке в лавке Майло-марсианина сразу на вес – по сто килограмм.