Агония, 88

Надоела форма, надоела эта резина на лице и на теле, надоел мерзкий вкус ржавчины и холодные собачьи консервы, надоело ходить под себя в танке и ощущать, как дерьмо снаружи тела смешивается с дерьмом внутри, в обоих смыслах этого слова. Надоело, наверное, быть живым.

…Они стартовали как-то даже не заметно. Командир не отдал команду, механик сам сообразил, что танк уже готов к своему движению. И, снова тряхнув носовой деталью, скрипнув заклинившим пулеметом на башне, и пробуксовав гусеницами в жирной грязи, Т-72 начал свое движение.

На юг, в сторону Дьерской венгерской дивизии. В сторону вероятного спасения. И как можно дальше от этой проклятой станции Доппельхоф-1…

Соннеман уже начал засыпать, когда куривший наводчик вдруг шумно отставил банку с собачим кормом в ноги и отложил ложку на небольшую полочку, прильнув к приборам наведения. Натянув на подбородок поднятый до этого противогаз, повернулся к задремавшему командиру.

– Противник. – Юрген взялся за агрегаты управления огнем.

 – Противник!

– Механик, стоп! – закричал Эрих, подрываясь с кресла к командирским приборам. Зарядить кумулятивный!

С металлическим звоном и хрустом, так же размеренно, как и в первый раз, безучастная до проблем экипажа металлическая рука автомата заряжания сперва подала в казенник пушки кумулятивную болванку, а затем, перед самым закрытием затвора, успела пихнуть пороховой заряд. Танк был готов к стрельбе.

Взор сковывал туман. Странной и будто бы зеркальной паутиной в прицелах расходились трещины.

Вода, попавшая в них, создавала ощущение, словно танк нырнул в неглубокое озеро. Видимость была невероятно ограниченной, но наученный глаз Юргена безошибочно и правильно определил странную черную возвышенность недалеко от них. Это действительно был остановившийся танк. И никто из троих танкистов не знал какой: вражеский, свой, мертвый или живой, существующий или какой-то новый, перспективный, который смог пережить ядерный удар и так же, как эта побитая семьдесят двойка ГДР, пробирался к простому спасению. Однако Эрих был настроен скептически. Он уже видел подобный силуэт в методичке, однако не мог назвать точную модификацию и до последнего был уверен, что перед ним стоял Леопард.

– Л1, около полу километра. – сказал Соннеман. – Точная дистанция?

– Включаю дальномер. – сглотнув, произнес Юрген. – Похоже не заметил нас…

Щелкнул тумблером и навел прицел на далекую размытую туманом фигуру.