Письмо о книжной торговле

Все негативные суждения о системе ремесленных корпораций были из него изъяты, вопрос о негласных разрешениях утратил свой накал, точка зрения литератора, вовлечённого в издательский процесс, но ратующего за свободу слова и письма – за «свободу в самом широком её понимании», уступила место точке зрения издателя – владельца книжного производства и собственника издательских привилегий, озабоченного сугубо коммерческими интересами. Текст лишился присущей эпистолярному жанру личной интонации: на месте «горизонтальной» и персональной связи между автором и его адресатом возникла связь «вертикальная» – иерархичная и безличная

.

«Мемуар», получившийся в результате переделки «Письма», обрёл гораздо более мягкие тона, и в обращениях к магистрату зазвучали не настойчивые призывы, а нижайшие просьбы: «Милостивый государь, вы дозволили представить вам наши почтительнейшие соображения […] Мы молим вас, сударь, рассмотреть, какими могут оказаться […] последствия ущерба, который уже нанесён или еще может быть нанесён нашему книгоизданию […] Мы охотно полагаемся на вашу справедливость […]»

.

Заискивающие ноты «Мемуара» разительно отличались от категоричного тона, который избрал Дидро, позволявший себе то укорять адресата «Письма» в легкомыслии и пустом тщеславии, то предостерегать от принятия ошибочных решений, то упрекать в недальновидности, в непонимании масштаба стоящих перед ним проблем и в неудачной политике, то грозить страшными последствиями. Чего стоит один только намёк на то, что «у быков есть рога, и животные эти порой впадают в бешенство»!

Действительно, «Письмо о книжной торговле» удивляет той прямотой и резкостью, с которой литератор позволяет себе обращаться к могущественному королевскому чиновнику.

Конечно, не следует сбрасывать со счетов тот факт, что Дидро был лично знаком с Сартином и пользовался его покровительством. Генеральный лейтенант полиции не без оснований считался «другом философов». Он благосклонно относился к «Энциклопедии» и, в частности, закрывал глаза на то, что после отзыва привилегии на издание работа над словарем продолжилась фактически нелегально[4 - В 1759 г. противники «Энциклопедии» добились отзыва привилегии на её издание. Несмотря на это обстоятельство, а также на то, что д'Аламбер покинул проект, Дидро и «Объединённые издатели» (см. примеч. 1 на с. 88), пользуясь толерантным отношением Мальзерба и Сартина, продолжили работу. В декабре 1765 г. оставшиеся десять томов статей (VIII–XVII тт.