Утренний хоббит

Мари Моргенштерн! Звучит! Честное слово – звучит, положа лапу, то есть, руку на сердце! О, мои кошачьи Боги! Благословите – на поцелуй руки Небесной Принцессы! В том плане, что это я – сирый и недостойный – буду сейчас слюнявить её белоснежную длань…

– Достаточно! – строго велела Мари. – Потрепался и замолчал! Мы, конечно, понимаем, что разлука с любимой – непростое испытание. Да и другие жирафы не пасутся рядом с нашим лагерем…

– Это нечестно! – возмущённо взвизгнул Кот. – Я перед ними всю душу вывалил на обозрение, а они шутки шутят….

Что, будем издеваться? Будто бы я не слышу, как вы каждую ночь пыхтите, изнывая от сладострастия? Причём, до сих пор так и неудовлетворённого…. Вот же, так вас всех! Ручонки блудливые, глаза завидущие…

Солидно откашлявшись, Томас отдал приказ по вверенному ему подразделению:

– Все разговоры – отставить! Сворачиваем лагерь и выступаем к вершине Заверти! Выполненный приказ – лучший залог счастливого светлого будущего….

Как для рядового бойца, так и для заслуженного генерала, убелённого сединами неизвестного происхождения. В том плане, что генерал мог поседеть как от пережитых военных ужасов, так и от пошлого испуга, когда в штабном туалете неожиданно провалился пол…

Бледно-голубое небо – на всём протяжении восхождения – было где-то рядом. Казалось, протяни руку – и вот оно, в твоей ладони.

Холодало. Крохотные кристаллики инея выпадали тут и там.

Вчера ещё разноцветный мох – всевозможных пастельных тонов и оттенков – на глазах покрывался одинаковой, серо-белой тоскливой коркой.

Кот осторожно тронул Томаса за плечо:

– Командир, там, внизу…

По камням старой дороги, которую они старательно обошли стороной, медленно скакали (трусили, передвигались, ели-ели ползли), старательно осматриваясь по сторонам, два Чёрных Всадника.

– Чёрт! Обратной дороги нет! – воскликнула Мари. – Смотрите! Они и сверху заезжают, собаки…

Действительно, со стороны вершины Заверти по горному серпантину очень осторожно, натягивая уздечки и сверкая тёмными латами, спускались ещё два Всадника.

– Уходим на запад! – решил Томас. – Попробуем зайти на Заверть с другой стороны. Если не получится, тогда…

Договорить он не успел: откуда-то, как показалось – прямо с неба, раздался громкий, удивительно чистый звук.

– Что это? – опешил Томас.