Лаба, Улла и Нева

– Председатель Совета Министров СССР Косыгин, пролетая над территорией дружественного Афганистана по пути на Родину, направил с борта самолета телеграмму, в которой выразил афганскому народу наилучшие пожелания.

– Соревнование за высокие темпы роста производительности труда получает все более широкий размах. В него вступают все новые и новые коллективы.

– Вчера в Москве состоялся пленум Центрального комитета профсоюза рабочих строительства и промышленности строительных материалов. Его участники обсудили вопрос «О состоянии и мерах по дальнейшему улучшению бытового обслуживания на стройках, предприятиях и общежитиях Министерства строительства СССР».

– Вчера у стенки морского пассажирского вокзала Ленинграда отшвартовался дизель-теплоход «Обь». Он прибыл сюда из Антарктиды с экспедиций советских зимовщиков.

– Славную дату в истории двух братских народов празднуют сегодня трудящиеся Советского Союза и Чехословацкой Социалистической Республики. 24 года назад Советская Армия освободила Чехословакию от фашистских захватчиков.

Питерские цветные карандаши, память

Мое первое воспоминание.

Хмурое утро. Мама тащит меня по улице Дзержинского. Мы идем мимо ограды, за которой в глубине небольшого сада виднеется фасад какого-то унылого госучреждения. Мы спешим, перед моим взглядом мелькают прутья решетки.

На улице то время осени, когда самым ярким цветом оказывается грязно-коричневый. Вокруг мокро, холодно, безнадежно. Голые деревья зябко ежатся под порывами колючего ветра.

Из мира вынули душу, оставив нам лишь огромную пустую коробку.

Я не хочу в детский сад.

Сиверская, ул. Вишневская

Дверь между мирами

Дом бабушки Веры в Сиверской[3 - Дачный поселок, расположенный в Гатчинском районе Ленинградской области. Здесь прошло детство моей мамы и первый год моей жизни. Каждое лето мы приезжали сюда на неделю в гости к бабушке Вере, маме моей мамы.] был двухэтажный. Лестница, ведущая наверх, находилась в сенях. Мне было семь лет, и моя спальня, как и положено школьнику, была на втором этаже.

Отправляясь спать, я выходил из кухни. Яркий свет и разговоры, бабушка и родители оставались за хорошо пригнанной, утепленной дверью. Я оказывался один в большом и холодном мире. Мрак в углах пугал, но подниматься по лестнице было страшнее. С каждой ступенькой я оказывался все ближе к длинному черному коридору, в который выходили спальни. За их приоткрытыми дверями тьма была еще гуще и зловещее.