Безумие на двоих

Матвей тебе досаждает?

От былого спокойствия не остается и следа, и я вздрагиваю от того, что Сергей Федорович попадает в нужную точку. Мешкаюсь, прикидывая последствия возможной откровенности, и набираю полные легкие воздуха, опустив ресницы.

Воздух в машине стремительно густеет, волнение становится практически осязаемым, и я облизываю губы, собираясь с минуты на минуту сдать сводного брата с потрохами. Только в последнюю секунду в сознание вклинивается постулат «ябедничать нехорошо, Саша», загораясь огромными неоновыми буквами и мешая выложить правду, как на духу.

– Все в порядке, Сергей Федорович. Спасибо за заботу. Вы не возражаете?

Вывалив на будущего отчима свою корявую ложь, я выуживаю из сумки тетрадь и прячусь туда вместе с носом, притворяясь, что повторяю лекцию. Хотя заданный вопрос все еще стучит в ушах набатом и не дает сконцентрироваться на простейшем материале.

К счастью, Зимин-старший либо не обладает выдающимся чутьем по отношению к женщинам, либо позволяет мне врать.

Так что к университету мы подъезжаем в блаженной тишине, изредка перемежающейся гудками автомобильных клаксонов и тихим насвистыванием расслабленного Сергея Федоровича.

– Спасибо.

От души благодарю подмигивающего мне мужчину и свободной птицей выпархиваю на улицу, поправляя полы новенькой кожаной куртки и разглаживая складки на ставшем любимым платье. И грациозно шествую к виднеющимся невдалеке ступенькам, пока прохладный ветер путается в моих волосах.

– О, Баринова! Папика себе нашла? Правильно. Таким, как ты, по-другому в Москве не пробиться.

Пропитанный ядом комментарий врезается между моих лопаток, и я вынужденно оборачиваюсь, встречаясь взглядом с одной из признанных красавиц нашей группы – Анастасией Шаровой. На полголовы выше меня, с длинными стройными ногами, округлыми бедрами и пышной грудью она магнитом притягивает мужское внимание, и я ей в этом проигрываю.

По крайней мере, застывшая рядом с ней пятерка рыцарей следит за каждым ее жестом и не спешит прийти на помощь девчонке из провинции.

И если высокий парень спортивного телосложения в белой худи и свободных черных штанах просто меня изучает, то уже знакомый Крестовский мерзко хихикает, что-то нашептывая звезде местного разлива на ухо. Отчего хочется обхватить себя за плечи, закрываясь, и сбежать, чтобы раствориться в безликой массе студентов.