Скиталочка 2. В погоне за ведьмой

Проморгалась и увидела даже что-то вроде деревьев, точнее, их силуэтов – слишком ровных и правильных, словно вырезанных из бумаги.

Все это ей очень не понравилось. Она, конечно, подумала, что это всего лишь ночь, а когда рассветет, все станет понятным, но все же в этом сомневалась. Хотя бы потому уже, что на небе не было ни звезд, ни луны, и оно казалось слишком однотонным, чтобы решить, будто их закрыли тучи.

И тогда Анна решила поколдовать. Совсем чуть-чуть, просто сделать, чтобы светилась, скажем, ладошка.

Не стоять же столбом на одном месте, а идти, практически не видя ничего под ногами было и опасно в принципе, и жутковато психологически. К тому же ведьма вспомнила, как она уже сделала их с Олой светящимися целиком. Правда, колдовала она тогда немного другое, но сам факт, что она это может, придал ей уверенности.

Анна взмахнула руками, потом сосредоточилась только на правой ладони, представила, как она светится – достаточно ярко, но не ослепляя, – и забормотала текст заклятия, который, к сожалению помнила не точно:

– Карбода?н-мордовда?н-купрумда?си-сельдьива?си-гакто?ра-тракто?ра-шмяк!

Вот в этом завершающем «шмяк» она как раз и сомневалась.

Может быть, надо было сказать «бряк», «звяк» или даже «охтыжтак». Но что сказано, то сказано. Тем более, все равно безрезультатно – ладонь не засветилась. Вообще ничего не засветилось, не запищало и, к счастью, не задымилось. Хотя, возможно, и задымилось, засомневалась ведьма. Дыма в такой темноте было все равно не увидеть. Тогда она втянула носом воздух и пробормотала:

– По-моему ничем не пах…

В глаза ударили яркие вспышки. Анна крепко зажмурилась, любуясь пойманными «зайчиками». «Ну ничего ж себе, – подумала она. – Что это было?» Открывать глаза не хотелось. Вспыхивало очень уж близко, совсем перед носом. А вдруг это что-то опасное и страшное? Но с закрытыми глазами было еще страшней, и ведьма приоткрыла сначала левый – его, если что, не так жалко, – а затем и правый глаз. Ничего нигде больше не вспыхивало.

– Ну ладно… – сказала она и опять зажмурилось, потому что вспыхнуло снова. Три раза. В такт ее словам: «Ну лад-но».

«Я что, изрыгаю пламя? – подумала Анна. – Не хотелось бы». С другой стороны, если бы она изрыгала пламя, то наверное, во рту стало бы горячо. Или хотя бы немного теплей. Нос бы наверняка обожгла, он у нее был довольно крупным. Как она сама про него говорила: «Незначительно длинней среднестатистического для моего пола и возраста».