Скиталочка 2. В погоне за ведьмой

Мне это реально было поперек сердца, но раз уж я сразу не сказала «нет» и «до свидания», коли согласилась помочь мировому шнырятелю, то все же сделала, как он велел: соскребла с пня немного трухи и, зажмурившись, съела.

Потом началось самое сложное. Заклинание Литца было полной белибердой.

– Давай ты мне будешь подсказывать? – предложила я. – Как суфлер в театре. Или… слушай! А сам-то все и скажи!

– Нельзя. Заклинание должен произносить только человек, это незыблемое правило магии. Иначе развелось бы потомственных сов-предсказательниц, магических ежиков…

– …и дубов-колдунов, – закончила я его мысль, вспомнив песню из старой кинокомедии.

– Вот именно, – сказал волшебный пень. – А подсказывать тебе… Не уверен, что это разрешено. А проверять экспериментальным путем как-то не хочется. Вдруг ты тоже превратишься во что-то безрукое и не сможешь меня откопать.

– Какой ты все-таки эгоист, – сказала я. – Все о себе да о себе.

– О каком же себе, если я за твои руки волнуюсь? – прикинулся пень шлангом.

– Вот давай не будем делать из меня олениху!

– У оленей как раз рук нет, – сказал Юстер Литц. – Так что давай и правда не будем. Или это была метафора?

– Ладно. Это не так важно, – отмахнулась я. – Давай повторять заклинание.

Долго ли коротко ли, но я эту зубодробительную бессмыслицу выучила. Вам даже ее пересказывать не буду. Скажу лишь, что начиналось заклятие следующим набором звуков: «Улипа?ка-сиуси?у-дыдыды?-буркы?х-х-хх!.

.» Ну как, круто? А там таких строчек было с десяток. Вот только не надо говорить, что при хорошей памяти выучить десять строк любой мути – как нефиг делать. Я бы посмотрела, как бы вы это сделали, особенно если учесть, что ошибка в одной букве могла стоить… да чего угодно! Может быть, я сама превратилась бы в ту лопату, которая в результате колдовства получилась.

Я взяла в руки творение своего искусства и, честно говоря, немножко собой загордилась. Ну да, мне помог Юстер Литц, но все равно это сделала я, пусть и с его помощью.

Лопата вышла что надо: штыковая, черная, с блестящей заостренной кромкой. Черенок лежал в руках удобно, был гладким, длиной как раз под меня. Супер!

Правда, один вопрос у меня в голове все-таки зародился.

– Юстер, – сказала я, – а почему мы намагичили именно лопату?

– Потому что пилой неудобно копать, – сказал деревянный шутник.

Я даже не стала на это реагировать.