Карабах – горы зовут нас

Она пыталась убедить военврача, что их экипаж вертолета, прилетевший из Баку в Бейлаган за ранеными, бородатые солдаты под автоматом, заставили взлететь и в районе станции Городиз передали им двух раненых. Одного они называли или полковником, или кличкой «Сорвиголова» вот и все. Всю дорогу он был без сознания, а его спутник, кажется, его водитель, того оставили в Алятах, когда там приземлились и переложили часть раненых в госпиталь.

Он вспомнил, как очередной раз, когда очнулся и попросил пить, ему поднес стакан мужчина с бородой, который сказал, что его сын Намик тоже в палате.

Кажется, у него перебит позвоночник.

Остальных соседей он не знал, они тогда еще спали. Намик, худенький мальчишка, лет восемнадцати, с перебитым позвоночником, стонал во сне, скрепя зубами от боли. Справа от него солдат, переведенный из реанимации, с которым еще не успели познакомиться, после операции отходил от наркоза, дышал тяжело и хрипло. Он хотел повернуть голову и посмотреть влево, но боль затуманила сознание.

Он стал медленно погружаться в небытие.

Глава пятая

Шуша – не судимы будем

Судить легче,

чем самому делать

или воевать.

(генерал Омар Бредли, США)

Утренний солнечный зайчик, ворвавшись в реанимационную палату, запрыгал по стенке, потом прошелся по потолку и стал скакать по подушкам больничных коек. Иногда он останавливался и внимательно всматривался в лица раненых бойцов. Тихонько опускался на постели, маленькими шашками подходил к ним и аккуратно поглаживал бледные лица лежащих в реанимации солдат, как бы успокаивая их и желая скорейшего выздоровления.

Вот он остановился над раненом, с обвязанной головой, у которого подергивалась левая щека. Тот был бледнее всех тех, кто лежал с ним в одной палате. На его впалых щеках, через густую щетину просматривалась кожа с нездоровой желтизной.

Зайчик подскочил к нему и нежно прикоснулся к впалым щекам, стараясь не нарушить покой раненого. Неосторожно скользнул и попал на глаза бойца.

Человек дернул головой и проснулся. Полковник, улыбнулся. Появление в реанимационном отделении утреннего зайчика, впервые за последние дни, внесло некоторую радость в его жизнь.

– Ну что, брат соскучился тут один, да? Бегаешь, шалишь и мешаешь бойцам спать и набираться сил.

Зайчик на мгновение остановился, прислушиваясь к словам полковника, а потом отскочил куда-то в сторону и скрылся.

Голова после операции побаливала, но боль была терпима.