Царский выбор

Иринушка! Танюшенька! А ведь он и вправду сам начнет царствовать! А этот Морозов, что на нем, свет клином сошелся? Да кто он такой? Ирина, почему ты молчишь?

Ирина (прижимая ее голову к своему плечу, смотрит поверх). Все будет хорошо. Все у нас будет хорошо, все наладится.

Анна. Ты что, не веришь?

Ирина. Спать иди, Анна Михайловна, спать пора. Нам завтра к ранней обедне, выспаться не успеешь. (Крестит ее и целует.) Иди, Христос с тобой.

Анна уходит, чуть не прыгая на ходу.

Ирина. Обрадовалась, дуреха.

Морозова скинула, замуж вышла, народ накормила пряником медовым… (Вздыхает.) Ну не будет Бориса. Другие найдутся, еще похуже! – Да нет, куда он денется? Небось, уже и невесту припас для Алеши.

Татьяна. Да может, он вообще еще ничего не знает?

Ирина. Ох и умна же ты! Он же сказал, что уже сегодня указ подпишет! Значит, он уже пишется. Неужели в обход Морозова? – Да это все его затея.

Татьяна. Вообще-то у Бориса ни сестры, ни дочери. Мы же всё их родство знаем – там нет невест, одни малолетки.

Ирина. Ничего, Морозов из камней сих сотворит нужную невесту (крестится на икону), прости меня, Господи!

Татьяна. Но ведь Алеша не дурачок какой-нибудь. Он твердо решил, что выбирать будет сам. Как ему смогут навязать?

Ирина (тихо). Наш отец тоже сам выбирал.

Татьяна. Что наш отец, Ирина? Ну была у него первая жена, Долгорукова. Она умерла. Что ж тут поделаешь? Потом он на матушке женился.

Ирина. Умерла. И все знали прекрасно, от чего умерла. А до нее – что было?

Татьяна.

Как это – до нее?

Ирина. Да ты что – про Марью Хлопову никогда не слышала? Хорошо же у нас умеют молчать.

Татьяна. Да кто она?

Ирина. Первая отцовская невеста. Он ее сам выбирал, и высматривал перед этим. Все сам. А с ней еще до свадьбы невесть что твориться стало. Объявили ее порченой и сослали в Тобольск. А родителей еще куда-то сослали. Так они поврозь и погибли.

Татьяна. Матерь Божия! – Знаешь, Ирина, может, лучше Алеше выбрать ту, которую Морозов укажет, уж он-то не даст ее обидеть.

 – И вообще, хоть все его ненавидят, а он царю предан и в делах государственных смыслит.

Ирина (гневно). Это ты в них ничего не смыслишь! – Что он умеет? Чужие мысли за свои выдавать, чужие дела себе присваивать? А в сундуках у него больше, чем в государевой казне. С чего бы это, а? – (Махнув рукой) Да что тут говорить! Как-то жили, как-то и дальше проживем. (—) Куда нам деваться, когда мы одни в целом свете православные, а все кругом злые еретики.