Царский выбор

Всеволожский. Доложи воеводе, что с ним желает говорить касимовский дворянин Иван Всеволожский.

Подьячий (полупьяный и ехидный). А-а-а. Наконец-то, дождались, пожаловал. – А за каким делом, дозволь спросить?

Всеволожский (раздувает ноздри, сжимает кулаки, но сдерживается). У меня к нему важное дело.

Подьячий. А господин воевода только важными делами и занимается. Вот и сейчас занимается, занят очень. Подождать придется.

Всеволожский садится, ждет, глядя в потолок. Идет время.

В город Касимов въезжают два богатых возка, запряженных богато убранными конями.

Возничий. Эй! Как проехать к дому воеводы?

Двое людей берутся объяснять.

Возничий (одному из них). Полезай-ка сюда. (Тот залезает на облучок.) Дорогу! Едет царский окольничий боярин Пушкин!

Всеволожский томится в прихожей. Входят двое молодых людей развязного вида.

Первый посетитель (на ходу, подьячему). Здорово, Пахомыч. (Оба проходят внутрь.)

Всеволожский (возмущенно). Это как же так?

Подьячий. Все заранее договорено.

Об исполненном поручении докладывают.

Боярин Пушкин едет по Касимову.

Всеволожский прохаживается по прихожей. Молодые люди выходят.

Первый посетитель (подьячему). Бывай здоров, Пахомыч.

Подьячий продолжает не обращать никакого внимания на Всеволожского.

Всеволожский (подходя к подьячему). Иди, доложи обо мне, не то я тебя задушу.

У воеводы.

Подьячий (входя). Батюшка Степан Васильич, он меня задушить грозится.

Воевода. Ладно, зови этого козла.

 – Козел настоящий, ни шерсти с него, ни молока.

Входит Всеволожский.

Воевода. Ну, с чем пожаловал?

Боярин Пушкин из окна возка смотрит на Касимов.

Пушкин (своим спутникам). Па-асмотрим, какие тут для нас цветы вырастили. – Да, эта служба мне по душе. Другой раз в жизни такого веселья не будет.

Двое его спутников, старый и молодой, смеются.

У воеводы.

Воевода. Да мало ли что твоим мужикам с пьяных глаз привиделось? Яков Осина почтенный человек, его честность всем известна.

 – Да не будь он таким, поставил бы его князь Сонцев своим имением управлять? Али ты князю не веришь? Мужикам своим веришь, а князю Сонцеву не веришь? – Да я слушать ничего не желаю. Это все поклеп, злостный поклеп.

Всеволожский. Это не поклеп, и тебе это не хуже моего известно. Говорю тебе в последний раз, ежели ты, аки воевода, не вступишься в мое дело и не накажешь Осину примерным образом, я этого так не оставлю, я и до царя дойду.

Воевода.