Резня на Сухаревском рынке

– И убьют, – продолжил майор. – Я хочу, чтобы вы знали: люди, оставшиеся здесь, рискуют своими жизнями не меньше вашего. Я говорю не о себе. Обо всех.

– Да… конечно, – сказал Скопин.

– Вы можете спасти их, если выполните задание. Или убить, если не выполните. Ваш плен или смерть означают плен или смерть всех наших людей в городе. Вам понятно?

– Да, Фридрих Карлович.

– Никакого героизма. Никаких попыток отбиться вместе, если на вас нападут. Я посылаю моих лучших людей на смерть, только чтобы вы выжили и спасли остальных.

Вам это тоже понятно?

– Понятно, господин майор.

– Идите.

Скопин вышел из зала под палящие лучи солнца и надел кепи. У ворот сидел на камне купец Косолапов.

– Закончили? – спросил он.

– Да.

– Что, уезжаете?

Скопин посмотрел на него молча и пошел в сторону навеса, под которым стояли казачьи лошади.

– Ну-с, – сказал доктор Зиновьев, – извлекаем.

Он аккуратно потянул вверх застывший воск и извлек неправильной формы длинный треугольник со множеством «веточек».

– Ну, это лишнее, – Зиновьев аккуратно обламывал восковые «веточки». – Это у нас сосудики, а вот форма… Что скажете?

Архипов подошел и посмотрел на слепок.

– Странно. Не видел никогда такого клинка. Вы можете зарисовать его в натуральную величину?

– Могу, – ответил доктор Зиновьев. – Но только художественной картины от меня не ждите. Просто положу на бумагу и обведу карандашом.

– Хоть так, – отозвался молодой пристав.

Скопин тоже наклонился над восковым слепком.

– Это не финка.

По размерам скорее похож на кинжал, но только необычный. Слишком широкий. Может, азиатский? – спросил он доктора.

– Это вы спросите у специалиста, – сказал Павел Семенович. – А я тоже пока теряюсь в догадках.

– Необычное оружие, – задумчиво пробормотал Скопин. – Это нам повезло. Искать проще.

– И где же найти такого специалиста? – спросил Архипов. – Есть идеи?

Доктор задумался.

– Я отлучусь в кабинет, – наконец сказал он. – Был у меня случай… Подождите здесь.

Зиновьев вышел, оставив Архипова наедине со Скопиным.

Захар молчал, стараясь не смотреть на Ивана Федоровича. Скопин первым нарушил эту затянувшуюся паузу.

– Вы что-то имеете против меня, Захар Борисович? Лучше вам сейчас объясниться.

– Зачем? – пожал плечами молодой пристав.

– Потому что мне неудобно. По своему статусу я имею право вами руководить. Будь вы простым туповатым служакой… Но вы, как и я, – армейский офицер. Вы, как и я, пришли на службу не просто так.