Зимняя корона

Алиенора пересказала тете все события, произошедшие со времени их последней встречи, вплетая все случайные нити в гобелен новостей, пока картина не оказалась завершена. Легче ей от этого не стало, однако, мысленно расставив все события по порядку, Алиенора увидела их с новой стороны.

Тетя окинула ее задумчивым взглядом.

– А что дальше? Ты останешься в Пуату?

Алиенора покачала головой.

– Нас ждут дела в Нормандии, а потом вернусь в Англию, чтобы править страной, пока не вернется Генрих.

– Жаль, что ты не можешь остаться подольше.

– Мне тоже жаль, – с горечью призналась Алиенора.

Кот потянулся и зевнул, обнажив неровный ряд белых зубов, после чего подошел к двери и властно мяукнул. Тетя встала, чтобы открыть дверь, и холодный сквозняк пронесся по комнате, когда кот вышел, подняв развевающийся рыжий хвост, будто пушистое знамя. Алиенора тоже поднялась, вся дрожа.

– Мне бы хотелось увидеть сестру.

– Я бы привела ее сюда, – сказала Агнес, – но ей нездоровится, и мы поселили ее в лазарете – там тепло и можно ухаживать за ней как следует.

Пойдем, я покажу тебе дорогу.

Монастырский лазарет оказался хорошо обставленной комнатой с дюжиной коек, четыре из которых занимали пожилые монахини, за которыми ухаживали монахиня-лекарка и ее помощница. Огонь горел ярко и чисто, на очаге было достаточно места для приготовления сытной пищи. Кипел котел, от пара распространялся аппетитный аромат мясного бульона.

У костра сидела хрупкая старушка со впалыми щеками и запавшими глазами.

Она бездумно ощипывала беличьи шкурки, которыми был оторочен ее плащ. Женщина тяжело закашлялась, и Алиенора застыла в безмолвном ужасе. Рука, которую больная поднесла ко рту, исхудала до костей.

– Петра, боже мой! – Алиенора поспешила к ней и снова застыла, не в силах ничего предпринять, пока новый приступ кашля сотрясал ее сестру. Наконец Петронилла сплюнула кровавую слизь и тяжело вздохнула. Алиенора обняла ее за худые плечи и поцеловала в лоб.

– Мне горько видеть тебя в таком состоянии.

– Алиенора, – пролепетала Петронилла. – Я все думала, придешь ли ты. В последнее время я часто думаю о тебе. – Она снова закашлялась, но уже не так тяжело, и протянула дрожащую руку к кубку, стоящему на краю скамьи. – Это пустырник, – сказала она и сделала глоток. – Уверяют, что он мне поможет, но я все понимаю. Все считают, что я ничего не знаю, но я просто сумасшедшая, а не дура.

Алиенора перевела взгляд на тетю Агнессу.