Зимняя корона

– Давно она в таком состоянии?

Настоятельница покачала головой.

– Кашель начался больше месяца назад и не проходит, что бы мы ни делали. Мы держим ее в тепле и ухаживаем за ней. Петронилла получает духовное утешение, и мы молимся за нее. Возможно, с наступлением весны ей станет лучше.

Напрасные надежды. Алиенора видела, как тяжело больна сестра, и понимала, что Петра дотянет до теплых дней лишь чудом. Ей был тридцать один год, но выглядела она как старуха. Перед глазами Алиеноры встал образ Петрониллы-девочки, Петрониллы-танцовщицы с роскошными каштановыми волосами и сияющими глазами.

Она всегда была не от мира сего, но ее конец стал поистине душераздирающим. Столько прекрасных надежд не сбылось! Петронилла увяла, будто роза, едва начавшая распускаться.

Петронилла наклонила голову, словно прислушиваясь.

– Папа вернулся из Компостелы? – спросила она. – Его так долго нет.

Алиенора посмотрела на Агнессу.

– Нет, моя милая, – сказала она. – Он еще не вернулся. – И никогда не вернется, потому что он умер в Компостеле двадцать лет назад и похоронен в усыпальнице Святого Иакова.

– Она подолгу живет в прошлом, – сказала тетя Агнесса. – Не видит реальности. Никогда не говорит о своем браке или о детях.

– Быть может, это и к лучшему, – мрачно ответила Алиенора. Брак Петрониллы был непостоянным и страстным, он принес больше проблем, чем счастья, и закончился для всех очень тяжело. Теперь ее муж мертв, а дети живут на севере Франции, под опекой родственников мужа.

Если она вычеркнула эти события из увядающего сознания, тем лучше.

– Папа едет за мной, – сказала Петронилла. – Я скоро его увижу. – Она взяла Алиенору за руку. – Давай поднимемся на крепостную стену и подождем его там.

– Тебе лучше остаться здесь, посиди у огня, – сказала Алиенора, к ее глазам подступили слезы. – Он не обрадуется, если мы замерзнем. Успеется. Вот, выпей травяной настой. – Она села рядом с Петрониллой, крепко обняла и накрыла их одним плащом.

Пламя вспыхнуло на сучке в полене, выпустив вверх сноп алых искр.

– Помнишь, как мы с тобой смотрели на светлячков в саду в Пуатье? – прошептала Петронилла. – И загадывали желания каждый раз, когда вспыхивал новый огонек?

– Конечно, помню. Это была наша любимая игра.

Сколько надежд. Сколько мечтаний и надежд. Глаза Алиеноры наполнились слезами, и свет костра расплылся в одно золотое пятно.

– Они разлетелись, – печально сказала Петронилла. – Все до единого.

8.