Мортон-Холл. Кузина Филлис

– Так вы с ним поладили? Признаться, я немного опасался…

– Раз-другой я почти вызвал у него неприязнь своими опрометчивыми заявлениями и неуместными преувеличениями, какими мы бездумно разбрасываемся ради красного словца. Заметив, что такая манера глубоко противна достопочтенному мистеру Холмену, я стал строже следить за своей речью. Весьма полезное упражнение, поверьте, – подбирать для своих мыслей наиболее точные слова, а не просто щеголять эффектными фразами.

– Значит, теперь вы с ним друзья?

– Да, добрые друзья.

Во всяком случае, за себя могу поручиться. Я ни в ком еще не встречал такой тяги к знаниям. Своей осведомленностью в самых разных областях он определенно превосходит меня, хотя вся его ученость исключительно книжного толка, тогда как я много где побывал и много чего повидал… Вас не удивил мой давешний список?

– Еще как удивил! Я подумал, что с таким количеством книг у вас не останется минуты для отдыха.

– Напрасно беспокоились. Частично они для пастора, частично – для его дочери… Кстати, про себя я зову ее Филлис, хотя в разговоре с другими использую разные обходные пути – не хочу показаться фамильярным.

Но не обращаться же к ней «мисс Холмен»! Здесь никто ее так не величает.

– Я догадался, что итальянские книги предназначены ей.

– Верно. Вообразите, она взялась изучать итальянский по Данте! А у меня есть превосходный роман Мандзони «I Promessi Sposi»[26 - Исторический роман Алессандро Мандзони «Обрученные» (1827) считается классикой итальянской романтической прозы.

] – для начинающих именно то, что надо. Если же ей непременно хочется разгадывать головоломки Данте, то от моего словаря намного больше проку.

– Так она обнаружила ваши пояснения к трудным словам?

– О да!.. – просиял он.

Очевидно, его подмывало пересказать мне эту сцену, но он воздержался.

– Боюсь, пастор не похвалит вас за то, что вы приучаете его дочь читать романы.

– Полно! Что может быть безобиднее? Не знаю, кто придумал делать жупел из слова «роман».

Книга Мандзони – очаровательное и вполне невинное чтение. Вы же не думаете, что ваши друзья не видят разницы между Вергилием и Евангелием?

За разговором мы не заметили, как подошли к ферме. Мне показалось, что Филлис встретила меня теплее обычного, и миссис Холмен тоже была сама сердечность. И все же во мне зародилось странное чувство, будто мое место занято – занято мистером Холдсвортом.