Пустой

– Враскарячку! – проклиная судьбу, огрызнулся водитель. Он и без того чувствовал себя ущербленным, что устроился развозить покойников, а такая омерзительная дорога окончательно добила его самолюбие. – Выталкивать надо!

Довбня сделал вид, что не расслышал последних слов водителя. Он лихорадочно думал, что бы еще предпринять, и с надеждой вглядывался вдаль. Но дорога была пустынной, дураков не было ездить по этой дороге жизни в дождь. Когда надежда угасла, а времени ушло уйма, он все-таки решился снять обувь, подкатать брюки и спрыгнуть в холодную, сметаноподобную субстанцию.

– Враскачку! – кричал он, упираясь плечом в борт машины. – И раз! И два!

Машина орала и раскачивалась, словно язык колокола, внутри фургона что-то перекатывалось, но медик лишь морщился и вполголоса матерился.

– И раз! И два!.. Давай! Давай!

Стиснув зубы, Довбня мобилизовал волю и приложился к борту с такой силой, что у него потемнело в глазах. УАЗ, издавая стоны предсмертной агонии и отравляя чистый луговой воздух едким дымом, сдвинулся с места и медленно поплыл по грязи.

Бешено вращающиеся колеса пустили в лицо медику струю жидкой глины. Он с опозданием прикрыл глаза и отвернулся.

– Чтоб ты провалился! – заорал он от боли и злости.

Ослепший, облитый грязью, он стоял посреди дороги по колени в жиже и яростно тер глаза.

– В последний раз, – бормотал он, сморкаясь чем-то черным. – Чтоб я когда-нибудь… Ни за какие деньги…

И вдруг вой мотора неожиданно оборвался. С недобрым предчувствием Довбня открыл глаза, еще полные песка, и повернул голову.

То, что он увидел, вынудило его издать страшные ругательства. УАЗ лежал в кювете кверху колесами. Раскачивая плечами, чтобы легче было бежать по грязи, он ринулся к машине.

– Ну что за день сегодня!! – орал он, едва не плача. – Что за день!!

Добравшись до УАЗа, он рухнул перед дверью на колени и, низко пригнув голову к земле, посмотрел в заляпанное окошко. Водитель продолжал сидеть за рулем вниз головой, упираясь темечком в гнутый потолок кабины. Лоб его, словно потом, был покрыт жирными каплями крови.

– Я же говорил, – со стоном произнес водитель, морщась так, что его лицо стало неузнаваемым, – что это «ласточка», а не джип. Загубил машину из-за вашего жмурика!

Медик схватился за ручку и рванул дверь на себя. Водитель стал выползать, упираясь руками о землю. Его голова и плечи уже были снаружи, когда с грохотом на руль упали ноги. Наверное, водитель попал коленом по кнопке сигнала, и машина взвыла сиреной.