Чистые Сатанинки

Уши заложило, будто пробки забили, а руки тряслись от вибрации как с лютого бодуна. Слух вернулся быстро. И очень жаль: кто-то визжал похлещи резаного поросёнка. В истошном надрывном крике, он узнал голос односельчанки. Баба Зина с безумными глазами неслась к нему навстречу со скоростью света, размахивая кривым бадиком.

– Прохор! Пьянь ты непроссатая! Ты чего наделал, Анчихрест?

Прохор встал с колен, протёр грязными руками глаза, и что же он там увидел? Горы разорванного мяса, кишки, рога и копыта. Кровь ручьями текла по грядкам, словно ржавая дождевая вода.

Два десятка расстрелянных в клочья соседских баранов лежали на его огороде в пересмешку с землёй и овощами. Бедные невинные животные были уничтожены безжалостным пулемётным огнём.

**********************************************************************

В это время за сотню километров.

Огромная пустая фура ехала из города по разбитой забытой дороге. За рулём был профессиональный водила Виталик-Педалик, который невозмутимо вёл машину, в то время как его босс и начальник драл подобранную на трассе путану.

Этот криминальный бандюган и продуманный бизнесмен Григорий Анатольевич, которого не зря все звали Григорий Адольфович, всё делал жёстко и брутально. Вот и сейчас нагнутая раком дорожная блудница визжала как бешеная макака, то ли от удовольствия, то ли от того, что долбилась головой о металлическую стену, которая казалась проломится в любую секунду. Этот блатной и очень влиятельный бандит двадцатого века был настолько крут, что ему мог позавидовать сам Иосиф Виссарионович. Кошки и собаки ссались и расползались по щелям, старухи крестились и разбегались по домам, ДПСники, проезжая, прятались за рулём, а участковый притворялся недотёпой и дурачком.

Дикие крики затихли, и Педалик прикрыл курткой дикий стояк в штанах. Раздвигая шторы и протискиваясь в проход, появилась необъятная фигура его босса с сигаретой в золотых зубах.

– А куда мы едем? – наивно спросил водила, будто ничего не слышал, ничего не видел и не знает, куда он едет.

– В Чистые Самаилки, – подтягивая штаны, пробасил Адольфович. – Говоря русским мать его языком, в Чистые Сатанинки.

– А что там?

– Там жопа полная, – затягиваясь сигаретой, улыбнулся Григорий. – Вряд-ли где-то ещё найдётся такое место, мать его трижды за щеку. Такое забытое и ненужное. Это не деревня, это целое отдельное государство, внатуре тюрьма в тюрьме. Ведь деревня Чистые Сатанинки, самая поганая дыра изо всех поганых дыр.