Порт-Артур, Маньчжурия. Смертные поля…

Но миг один – всё скрылось под волнами:

Победами прославленное знамя

И мощь, которой в мире равной нет…

Где их могила, кто нам даст ответ?

В тот страшный день с утра сгустились тени

И солнце спрятало свои лучи,

Заклокотало море в белой пене…

(Друзья и недруги, отбросьте прочь мечи,

Все, как один, падите на колени,

Пускай сольёт сердца один порыв.)

Скрывалась в море неприметно мина,

И потопил внезапно страшный взрыв

Корабль, что нёс морского властелина.

Спокойно руки на груди скрестив,

Вперив свой взор в бездонную пучину,

Где в злобном торжестве кружился вал,

Исчез навеки славный адмирал.

Ах, океан судьбы и грозной бурей

Его волнующая злая смерть!

Лишь день вы бушевали в Порт-Артуре,

Но вечно будут помнить чёрный смерч.

Когда ж вас спросят с гневной укоризной,

Как смели вы такую жизнь отнять,

То перед светлым царством вечной жизни

Какой ответ вы будете держать?

Мгновенно все надежды и величье

Под вашим натиском погребены!

Ужель у вас нет никому отличья

И ничему живущему цены?

Всему конец! Бессчётными слезами

Истории омыты письмена.

Но снова льётся жгучая, как пламя,

На это имя слез моих волна.

Неизгладимая зияет рана

В груди его, где жил могучий дух…

Скорбит весь мир, что свет его потух

В неведомых глубинах океана.

Но вечно ль смерть владыка – вот вопрос!

Что, если вместо бесконечной тризны

Из нашей скорби, наших жарких слез

Взойдёт заря неистребимой жизни?

О, если б это наконец сбылось,

Мой друг Макаров! Ты сошёл в могилу,

Но в имени твоём, в моих стихах,

В бессмертной правде отыщу я силу,

Чтоб быть, как ты, в передовых бойцах.

Луна неясно светит, и спокоен

Полночный час, во мрак вперил я взор.

Мне кажется, вон там, бесстрашный воин,

Ты отражаешь бешеный напор

Валов, кипящих яростью кровавой.

Твой гордый дух – бессмертия залог.

Да, умер ты, но умереть не мог.

Да, ты погиб, но победил со славой!

Утихни, ураган! Прибой, молчи!

Друзья и недруги, отбросьте прочь мечи,

Не наносите яростных ударов!

Замрите со склонённой головой!

Пусть в тишине мой голос огневой

Вас к скорби призовёт: погиб Макаров!

В морской пучине, там, где вал кипит,

Защитник Порт-Артура ныне спит.

Стихотворение публиковалось на страницах японских газет, и – поразительно: со стороны властей не последовало каких-либо нареканий в адрес поэта.