Дело о стопроцентном алиби

– Я умею признавать свои ошибки… и исправлять их.

С него станется, конечно. Но и я уже не тот зеленый салага, что впадал в кататонический ступор при одном упоминании о шефе. Пообтерся, заматерел – полтора года уже в Интерполе как-никак.

– Давайте оставим запугивания для младшего состава, шеф, – как можно небрежней бросил я, нагловато улыбаясь. – Полагаю, более конструктивным действием будет обмен мнениями по поводу этого убийства.

Капитан впервые с начала разговора встретился со мной взглядом. Это было совсем нечастым событием, несколько месяцев назад я после такого с трудом смог бы вспомнить собственное имя.

А сейчас лишь вспотел немного и тайком проглотил подкатившийся к горлу комок. Есть повод гордиться собой!

– А может, мне за тебя и дело расследовать? – полюбопытствовал Дюбуа абсолютно ровным тоном.

– Что вы, шеф, справлюсь! – отмахнулся я. – Когда я не справлялся? Но ваш колоссальный опыт и сверхъестественное чутье могут оказать поистине неоценимую помощь даже такому толковому следователю как я.

Мне пришлось выдержать еще одиннадцать (я считал) секунд сверлящего взгляда. Я даже не моргнул. Затем капитан выбрал себе новый объект для разглядывания на стене кабинета.

– Знаешь, Лозовский, – задумчиво сказал он. – Ты или займешь через несколько лет мое кресло, или вылетишь с треском из Интерпола… гораздо раньше. Пока я считаю более вероятным второй вариант.

Я осмыслил его слова.

– Вы, возможно, удивитесь, но я бы тоже поставил на второй вариант, при условии, что третьего не дано, – сказал я.

 – По той простой причине, что не могу представить никого кроме вас на месте начальника Отдела.

Еще одно редкое событие – капитан улыбнулся. Мимолетно и холодно, но… истории об улыбках шефа новички Отдела вообще считали обычными байками ветеранов.

– Молодец, Лозовский. Эта лесть уже куда тоньше, не так ли?

– Учусь на лету, – я вернул улыбку. – И, тем не менее, шеф, что вам кажется более странным, чем наличие алиби у всех подозреваемых?

Капитан вздохнул. Следующие его слова я угадал – он любил их повторять время от времени.

– Разучилась молодежь думать, разучилась. Ты ведь способный парень, Руслан, хоть и не настолько, как сам себе представляешь. А вычленять главное так и не научился.

Дюбуа сделал паузу, но я с репликами не лез. Между прочим, потому что действительно верил, что шеф сможет мне помочь.

– Вот смотри, – капитан поставил локти на стол и сложил пальцы перед собой домиком. – Кто-то убил полковника Трошина.