Нет цветов у папоротника. Книга седьмая

Переезд произвести ночью тайно, чтоб ни одна живая душа в Риге о том не ведала», – прочёл Василий Фёдорович Салтыков и озадаченно провёл ладошкой по лысине.

– Незамедлительно! – фыркнул он сам себе, – Где уж тут незамедлительно-то! Это ж надо сперва, кареты дорожные на ход поставить…

Он выглянул в окно; там с утра нещадно валил мокрый снег. Поморщился и, придвинув ближе свечу, продолжил чтение:

– «Отныне повелеваю записывать всё, о чём говорят Анна с супругом и их дети, каждое слово! И в подробном отчёте присылать мне те записи каждые два дня!!» – прочёл он дальше и возмутился, – Вот не было печали-то! Теперь одних чернил с бумагой не напасёшься!

Уныло вздохнул, натянул сползающий с плеча кафтан и дочитал:

– «А так же повелеваю следить за караульными солдатами; не выказывает ли кто из них сочувствия арестантам? А тех, кто замечен будет во внимании или жалости к оным – немедля из крепости высылать в Петербург, в Тайную канцелярию!»

Последняя фраза окончательно расстроила его.

Салтыков встал, вынул из буфета бутылку вина и приложился к ней прямо из горлышка. Вытер рукою губы и, глядя на своё отражение в тёмном оконном стекле, оттопырив губу, пробурчал:

– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день…

Спустя двое суток, глубокой ночью, повинуясь приказу императрицы, граф Салтыков погрузил в закрытые кареты арестантов, и повёз в крепость Дюнамюнде.

Объявление Салтыкова о подготовке к переезду, сперва обрадовало всё семейство. Но, узнав, что едут не в Брауншвейг, а всего лишь на расстояние нескольких вёрст от замка, в военную крепость, они испугались.

И всю дорогу просидели настороженно, держа друг друга за руки.

Крепость эта была возведена на полуострове, образованном Рижским заливом и рекой Булльупе. Выстроенная ещё в XIII веке, надёжно укреплённая шестью бастионами и долгое время выполняющая оборонную функцию, во время правления Анны Иоанновны, крепость Дюнамюнде была мирной. Но с началом правления Елизаветы, из-за развернувшейся войны со Швецией, вновь переведена в оборонительное положение.

Здесь, за высокими толстыми каменными стенами, Анну Леопольдовну со всем семейством разместили в доме коменданта. По сравнению с Рижским замком, дом коменданта крепости был невелик. И арестантам пришлось разместиться в небольших комнатах со скудной обстановкой.

Впрочем, они безропотно расположились в отведённых им помещениях, где от наскоро затопленных печей ещё не прогрелись стены.