Папирус любви

Неизвестность пугала, но она не продлилась чересчур долго. Самые страшные ожидания начали обретать плоть – рассевшийся в уютном кресле Рамон принялся руководить своей гостьей, заставляя ее принять положение, максимально удобное для…

“О боже, нет!”

Она снова попыталась как-то сбросить магический контроль, но силы все еще были неравны.

– Подойди вплотную… обопрись руками… наклонись… расставь ноги… шире… руки дальше… сильнее наклонись… теперь встань на цыпочки…

Катя очень быстро оказалась в самой унизительной и покорной позе из всех возможных в данной ситуации.

А после того как она выполнила финальное распоряжение, ее беззащитная попа тут же напряглась, приобретя максимально аппетитный и соблазнительный вид.

Сил на бессмысленное сопротивление уже не оставалось.

“Все… почему это происходит именно со мной…”

Маг встал с кресла и подошел к столу. Довольно улыбнулся, затем опустил руку на спину девушке. Медленно провел ладонью от шеи до копчика, вызвав в замершем теле настоящую бурю страстей.

А потом начал расстегивать пояс.

На стол пролилась очередная порция горьких и безнадежных слез.

– Основная проблема загранников состоит в том, что они не понимают своей истинной роли в нашем мире, – назидательно произнес оказавшийся у Кати за спиной волшебник. – Как я уже говорил, обычно все исправляется продажей в рабство, но ты этой участи избежала и сразу же начала скандалить. Так что мне придется заняться твоим воспитанием.

Сразу после завершения проникновенного монолога раздался тихий свист и замершая в тревожном ожидании пятая точка студентки почувствовала обжигающий удар.

Слезы мгновенно высохли. В груди вспыхнула ярость к поднявшему на нее руку…

Новый хлесткий шлепок. На этот раз ремень буквально обвил упругие ягодицы, принеся с собой непередаваемую гамму ощущений.

“Ах ты, жалкий…”

Следующий удар. Еще один. Еще.

Уже спустя несколько минут Катя могла думать только о том, чтобы каким-нибудь образом остановить порку. Любой ценой, даже самой неподъемной.

Затем к терзавшему ее многострадальные булочки огню добавился накапливающийся в промежности жар и абсурдность происходящего вынудила пленницу заплакать – уже не от боли, а от бессилия и злости на собственное вероломное тело.

“Черт… черт! Пожалуйста, хватит!”

Маг остановился только минут через пять. Довольно рассмотрел дело рук своих, затем обошел стол и уставился в наполненные слезами глаза жертвы:

– Сейчас я тебя отпущу.