Игра в отрезанный палец

Он допил портвейн, включил телевизор и прилег на кровать Сахно – все-таки оттуда смотреть телевизор было удобнее.

Он и заснул под какую-то дурацкую немецкую песенку в исполнении толстоногой немки, одетой в короткое салатовое платьице в красный горошек.

22

В Москве стояла жара. Невыспавшийся из-за ночных таможенных шмонов сначала украинцев, потом россиян, Виктор смотрел на остановившуюся за окном купе платформу Киевского вокзала затуманенным взглядом. В купе до Калуги с ним ехал сосед – молодой коммерсант, полдороги доказывавший Виктору, что скоро жизнь станет лучше.

Все бы ничего, только ведь Виктор с ним не спорил. Он лишь кивал и поддакивал, а коммерсант и выпил-то почти ничего – две бутылки пива, купленные в буфете поезда, – а вел себя, словно несколько стаканов водки принял. После Калуги Виктор спал мертвым сном и почти проспал прибытие поезда в столицу бывшего Союза. Только глухой механический голос вокзальных объявлений разбудил его.

Вокзал жужжал суетной жизнью, несмотря на то, что была суббота – день не очень популярный для путешествий.

Виктор быстро оделся. К своему ужасу заметил, что снятая с вечера «тэтэшка» вместе с плечевой кобурой пролежала всю ночь под столом в сумке с незакрытой молнией.

По спине пробежал холодок, когда он вспомнил, как вставал два раза ночью, а таможенники поднимали под ним полку и заглядывали во все углы купе. Казалось, что только открытой сумкой, стоявшей под столом, они не поинтересовались. А что было бы, если б нашли? Ведь он теперь за границей, и его корочка с трезубом здесь могла бы вызвать разве что скептическую ухмылку.

Вряд ли кто-нибудь подумал бы, что она дает право на ввоз в Россию пистолета.

Но, слава богу, граница теперь далеко позади. Можно отвлечься от ненужных волнений и сосредоточиться на предстоящих двух днях. Сперва – в гостиницу. Вместе с билетами Виктор получил в райотделе от курьера в штатском конверт с командировочными. Восемьсот тысяч рублей. Звучит, как целое состояние.

За два дня он, пожалуй, и половину этой суммы не потратит…

Однако иллюзии рассеялись через полчаса, когда он заполнил листок прибытия в гостинице «Киевская».

Регистраторша, забрав у Виктора листок прибытия и паспорт, выписала гостиничный пропуск. Записала фамилию в тетрадь.

– На сколько дней? – спросила, подняв подведенные синим цветом глаза.

– Пока сутки.

– Тогда завтра до одиннадцати подойдете и скажете: продлеваете или нет.